Книга Закон треснувшего корешка, страница 228 – Анастасия Шелест

Первые слова за этот бесконечный мучительный час, и сразу же хлесткой пощечиной. Чего еще следовало ожидать?

Обида поднимает меня на ноги, заглушая боль. Шикнув, я стараюсь сбалансировать вес тела и не опираться на левую ногу. Рука все еще успокаивающе поглаживает низ живота, но я вскидываю голову и процеживаю:

— Это не твое дело.

Надо же, он снизошел до разговора. Эрик усмехается уголком рта и легко поводит подбородком, приподнимая брови.

— Разве? Мне так не показалось.

Будто меня должно волновать, что там ему показалось.

Распрямив плечи, я щурюсь, протягивая:

— А в чем проблема? Я всего лишь следую твоему совету.

Зря я это ляпнула. Я поджимаю губы, качая головой, но влезть в мысли Эрика и заставить его все забыть нельзя. Он щурится, смерив меня насмешливым взглядом, и хмыкает:

— Даже не скрываешь, что все это из-за меня?

Я закрываю глаза и выдыхаю, но злость сгущается, пульсирует, ввинчивается в сознание раскаленной иглой. Крылья носа раздуваются, и я стискиваю челюсти до скрипа, а Эрик продолжает:

— И чего ты добилась? Кого ты этим наказала, Тея?

Никого. Я никого не пыталась наказать. Понимаю, что господину самовлюбленному кретину сложно даже представить, что мир не вертится вокруг него, но я ему это докажу.

— Время тренировки вышло, – холодно отрезаю я, открыто встречая насмешливый медовый взгляд.

Ни мгновения на сомнения. Я разворачиваюсь и двигаюсь к выходу из зала. Каждый шаг отдается мыслью, за которую я себя ненавижу.

Останови меня. Окликни.

Черта с два.

Нам не о чем разговаривать. Все и так предельно ясно.

Эрик того же мнения. Он не издает ни звука, когда я выхожу из зала.

* * *

— Что значит «не сработало»? – хмурится Марк, неспешно прохаживаясь между партами. – Если ты собиралась создать барьер, а магия не отозвалась, значит, ты замешкалась.

Пока он говорит очевидные вещи, я то и дело вскидываю руки, пытаясь защититься от взрыва красок. Они вспыхивают по всему кабинету, но всегда достигают цели. Блузка, лицо, волосы, руки. Все уже заляпано цветастыми пятнами.

Защитный барьер появляется, но неизменно запаздывает на пару мгновений. Будь это настоящий взрыв, я бы погибла уже сотню раз. Повезло, что обходится всего лишь грязной одеждой.

Слова Марка не помогают. Он говорит логично и правильно, но это ничего не меняет. Я не понимаю, в чем проблема. Что случилось с моей реакцией? Очередной шарик с краской лопается прямо над головой, щедро осыпая синим порошком. У меня дергается глаз.

— Ужасный результат, птичка, – разочарованно вздохнув, лениво тянет Марк.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не послать его ко всем чертям, к пегасу или к музам. Куда там они обычно друг друга посылают.

Стиснув кулаки, я напряженно вглядываюсь в воздух перед собой. Откуда будет следующая вспышка? Сверху? Слева? Сзади?

Справа. Защитный барьер отрезает только половину сухой краски, но часть оседает на щеке театральным румянцем.

— Расслабься, птичка. Перестань думать об этом. Позволь магии все сделать за тебя, – поучительно повторяет Марк.

В десятый раз. Он говорит это снова и снова, но я не представляю, о чем он толкует. Как тут расслабиться? Если я не буду ждать взрыва, то не смогу к нему подготовиться и не успею защититься. Хотя я и так не успеваю.

От напряжения сводит челюсти. Больше всего раздражает, что на белоснежной рубашке Марка нет ни пятнышка, а он даже голову не поворачивает в сторону взрывов. Расхаживает по кабинету, словно прогуливается по живописному саду.