Книга Закон треснувшего корешка, страница 130 – Анастасия Шелест

В саду вчера произошло сразу столько всего, что подумать о странном поведении отца он не успел, и другие вопросы вытеснили эту сцену, но сейчас она вспыхнула в памяти с новой силой.

— Тебя это не касается, – рявкнул отец.

Берт удивленно вскинул брови. Плохо дело. Непробиваемое спокойствие отца всегда его раздражало, но, когда оно давало трещину, становилось жутко.

Виновато поджав губы, отец схватил со стола бутылку и спрятал ее. Извиняться он не собирался, да Берт и не ждал извинений. Наклонившись, он облизнул губы и продолжил:

— Это из-за тети Теи? Как ты ее назвал? Кажется, Инга?

Стоило имени слететь с языка, как отец вздрогнул. Рука взметнулась к лицу, и пальцы потерли шрам. Он устало качнул головой и бесцветно выдохнул:

— Я принял ее за старую знакомую. Это не имеет значения, – тут же прервал себя отец. – Я обознался.

Он будто сам себя пытался убедить. Не похоже, что успешно.

Берт осторожно склонил голову набок и, понизив голос, предположил:

— А что, если нет? Эта женщина, Инга, была книгоходцем? Что, если это она?

Лицо отца окаменело в секунду.

— Это невозможно, – холодно бросил он, отворачиваясь.

Берт чувствовал, что ходит по лезвию. Отец за десяток минут выдал больше эмоций, чем за последние несколько лет. Нужно было действовать осторожнее. Нужно было отступить. Но Берт протянул:

— Но почему? Вдруг…

— Она умерла, – процедил отец, стиснув бокал, но тут же отставил его, так и не сделав глоток. – Я своими глазами видел, как Артур разорвал пополам книгу, в которой она была.

Музы, это такая древняя история?

Берт вжался лопатками в спинку стула, виновато опустив голову. Разговоры о периоде, когда часть книгоходцев устроила мятеж против правил Академии и создала Организацию с Артуром во главе, не были запрещены. Это часть их истории, и ее нужно знать. Но для отца эта тема была особенно болезненной. В то время он потерял двух дорогих ему товарищей.

Все тогда теряли близких, но менее значимой его потеря от этого не стала.

— Прости, – тихо выдохнул Берт, разглядывая подлокотники.

— Иди к себе, – сухо велел отец.

Разговор подошел к концу. Ничего больше Берт не узнает, да он бы и не позволил себе пытаться.

Не дожидаясь, когда отец повторит, он послушно встал и, выходя в коридор, аккуратно прикрыл дверь. Догадки мелькали в голове, но никак не могли выстроиться в цельную картину.

Если отец говорил правду, то тетка Теодоры действительно не может быть Ингой. Но вдруг она натолкнет его на какое-нибудь новое соображение?

Идти к себе Берт не собирался. Ноги вынесли его к архиву, и он толкнул дверь, проходя внутрь. Посетители здесь и так бывали нечасто, а поздним вечером и вовсе никого не оказалось.

Так даже лучше. Никто не будет мешать и лезть с расспросами.

Щелкнул выключатель, и по помещению разлетелся тусклый желтый свет. Берт тяжело вздохнул и зашагал вдоль стеллажей, вытаскивая коробку за коробкой.

Искать книгоходца по одному только имени – не самая простая задача, но однажды он уже справился. Была ли Инга книгоходцем, Берт наверняка не знал, но другого пути все равно не было.

Время шло. Он листал карточки, бездумно переписывая информацию обо всех Ингах, хотя было очевидно, что ни одна из них не была той самой.

Буквы плыли перед глазами, но Берт, засучив рукава толстовки, снова и снова перебирал документы, утопая в ворохе бумаг. Сомнения разгорались все ярче, призывая его покончить с этой бесполезной затеей и отправиться спать. Завтра нужно рано вставать, а он сидит в архиве и, словно спятив, выискивает имя среди тысячи других.