Книга Брак по контракту. Ребенок из хорошей семьи, страница 26 – Ляля Либерман

— Вы прекрасны, — шёптал он.

Слова дались с трудом, язык не привык к красоте без функций.

Она не ответила, просто коснулась его щеки. Лёгким движением, как прикасаются к неизвестному растению. Сильному, но хрупкому.

Когда они легли вместе, не тела сплелись первыми — души. Его пальцы скользнули по её спине. Осторожно, без требований. Дыхание участилось. Не от страха. От близкого ожидания. Готовности отдавать. Виктор двигался размеренно. Ритмично, точно, без лишнего давления. Если бы его спросили, что он чувствовал в момент высшего наслаждения со своей женщиной, женой, будущей матерью своего ребенка, удивил бы всех. Не-пре-мен-но! Благоговение. И еще. В эти немудренные секунды он был безгранично счастлив. Как никогда еще во всей своей жизни.

И когда всё закончилось, он не отстранился. Просто лёг рядом, плечом к плечу. Его рука нашла её ладонь. Не сжимая, а покрывая. Как крыша защищает от дождя. То, что дорого.

Тишина в комнате немного отвлеклась и странно опрокинулась звенящими нитями надежды. Может, жалела о чем. Или о ком-то.

Так бывает после шторма. Море ещё помнит силу ветра, но уже успокаивается. И доверяет далекому берегу.

Утром он проснулся раньше. Долго сидел на краю кровати, не двигаясь, прислушиваясь к её дыханию. Ровному, глубокому, настоящему. К тому, как она есть. Не объект. Не проект. Не условие.

Она открыла глаза, посмотрела на него. Без страха и требований.

— Доброе утро, Виктор.

— Доброе утро, Лиза.

Он не ушёл в ванную. Не проверил почту. Просто сел на расстоянии вытянутой руки.

— Простите, — сказал он тихо. — Я хотел защитить. Получилось… иначе.

— Вы защищали себя, — ответила она мягко. — Это естественно. Но иногда нужно просто быть.

Он кивнул. Встал, подошёл к окну. За стеклом падал снег. Редкий. Красивый. Тишина за окном была пустой, Но в комнате оживала.

— Моя мать… — начал он и замолчал. Нарушил пункт пять целых одна десятая. «Личные воспоминания запрещены». — Она не узнаёт меня уже восемь месяцев.

— Я знаю, — легко ответила Лиза.

— Откуда?

— Вы иногда произносите её имя во сне.

Он обернулся. В его глазах мелькнула трещина. Тонкая, почти невидимая. Но она была.

— Я не знал.

— Сны не подчиняются контролю, Виктор Андреевич.

Он кивнул. Подошёл к кровати. Сел рядом. Ближе, чем позволял контракт. Взял её руку в свою. Просто держал. Так держат компас в тумане.

— Контракт больше не объясняет происходящее, — выдохнул Виктор.

Серьезный, местами жестокий бизнесмен. Способный идти вперед через тернии. Если потребуется. Жертвовать фигурами, и самому быть в опасности.

— Нет, — согласилась она. — Но мы можем найти новые слова.

Он посмотрел на неё прямо. Без масок. И впервые за годы позволил себе быть уязвимым.

— Мне страшно, — почти захныкал он. — Боюсь, когда все это закончится, я не смогу вернуться к тому, кем был.

— Вы уже не тот, кем были, — ответила она мягко. — Мир вокруг вас изменился. И теперь нужно жить в другом созвездии. Даже если будет трудно.

Он кивнул. Принял. Понял. Как принимают рассвет после долгой ночи. Без вопросов, но с благодарностью. И немного с фатализмом. Доверием судьбе.

Контракт лежал в сейфе. Подписанный, юридически безупречный. Но его власть закончилась в ту ночь, когда два человека перестали быть пунктами и стали просто людьми.