Книга Зверь без сердца, страница 83 – Наталья Буланова

Зачем я ему все это рассказала?

Я открыла ему дверь в самое пыльное, самое голодное и убогое подвальное помещение своей души. И что увидела в ответ?

Непонимание.

Моя боль, мое прошлое, мой опыт для него не более чем инопланетная речь. Такая же нереальная и неразборчивая.

Меня задело, что он отозвался о моей черте на всем экономить так, словно это плохо. Словно это порок.

Да я только благодаря этой способности до сих пор вообще жива!

Посмотрела бы я на него, как он прожил бы на несколько тысяч в месяц, как иногда приходилось мне. Тогда бы он не раскидывался деньгами. Тогда бы он ценил вещи и труд людей и оборотней.

Он бы замечал, как общее дело сплачивает людей. Как они больше ценят то, к чему приложили руку. Как они начинают беречь то, что у них есть.

У него все просто: сломалось – выкинул.

Я выхожу через заднюю калитку Дворца спорта в лесной массив и слышу голоса и красивое пение. Иду на звук и вижу всех тех, кого одной аурой Саши выветрило из столовой.

Но оборотни не стояли по струнке и ждали, когда минует буря. Они образовали круг из поваленных деревьев, развели в середине костер и разделились на несколько компаний.

Когда я вижу и слышу, что это Эмма так красиво поет горловым пением, то замираю от шока. Она кивком зовет меня присоединиться, а Женя, который отбивает ритм на пне, машет мне рукой.

Витя же в другой компании изображает загаданное слово, а ребята угадывают.

— Медведи спешат на свидание по «Доборотню» при тридцати процентах совместимости! – слышу я предположение.

— Нет, это лисы снова хакнули правительственную сеть и теперь срочно ищут другую нору! – выкрикивают второе предположение.

— Иди к нам! – зовут меня третьи – компания у костра, которая разделывала зайцев для вертела.

Рядом со мной вдруг появляется та самая губастая Мелина, которую мы с Эммой встретили на парковке.

— Выгнал? Наш глава такой. Никого близко к себе не подпускает, – довольно говорит она, повернув ко мне голову.

И я вижу, как она старается незаметно принюхаться ко мне. Эмма тут же оказывается рядом, хватает меня за руку и утаскивает от нее.

— Не слушай ее. Идем к нам. Теперь настала наша очередь тебя покормить. Надеюсь, ты ничего не имеешь против зайчатины? – весело щебечет она.

Я припоминаю аппетиты присутствующих и оборачиваюсь к компании у костра:

— Это же сколько вам зайцев нужно?

— Мы их разводим для охоты, так что здесь полно и зайцев, и кроликов. Ты показала свой рецепт, а мы покажем тебе твой. Наверное, устала у плиты стоять? – Эмма сажает меня на поваленное дерево между двумя незнакомыми парнями.

Те сразу выпрямляют спину, словно им к позвоночнику по доске привязали. Медленно и как можно незаметней они отодвигаются от меня, глядя на Эмму как на великую подставщицу.

— Там еда, наверное, осталась. Может, стоит вам вернуться? – Мне жалко свой труд, но больше всего – продукты.

Эмма смотрит на меня так, словно я сказала что-то очень смешное:

— Ты видела главу? Он там и крошки не оставит. Как тебя только отпустил?

— Лопнет, – бурчу я себе под нос.

Очень сомневаюсь, что он что-то съест. Все испортится. Весь труд насмарку.

И тут Эмма вдруг всматривается куда-то за мою спину, задирает голову, втягивает воздух, а потом удивленно говорит:

— А я ошиблась. Кажется, сегодня мы будем есть твою еду на живой природе.