Книга Путь Строителя 2, страница 74 – Алексей Ковтунов

Вернулся домой, выбрал из кучи подходящие прутья. Шесть толстых для каркаса, отобранных по длине и толщине, и несколько десятков тонких для оплётки. На этот раз корзина нужна не маленькая и аккуратная, как та, что продал Кейну, а большая, рабочая, с широким дном и крепкими стенками, чтобы выдерживала вес мокрой глины и не развалилась от тряски при ходьбе.

Воткнул направляющие в землю кружком, пошире, чем в прошлый раз, и взялся за тонкий прут. Наружу, внутрь, наружу, внутрь, пальцы вошли в ритм, и работа пошла быстро, чёрные прутья ложились плотно и ровно, без щелей и зазоров.

[Основа: 4/15]

За время работы в лесу и беготни по деревне подкопилось немного, и пальцы ощущали знакомое тепло на кончиках. Привычное ощущение, которое в последние дни стало почти фоновым, как шум крови в ушах. Пятый ряд, шестой, седьмой, корзина росла на глазах, и с каждым рядом тепло в пальцах становилось отчётливее.

[Основа: 4/15 → 5/15]

Единичка набежала где-то на восьмом ряду, и при её появлении по лицу расплылась улыбка, которую я даже не пытался сдержать. Потому что вспомнил кое-что важное, то, о чём думал ещё утром на поляне, когда анализировал корзину и увидел строчку про вместимость Основы. Тогда решил, что обязательно попробую, и вот он, идеальный момент.

Сосредоточился и выпустил тепло из груди, направив его не в замах и не в рывок, а вниз, к рукам, к самым кончикам пальцев, туда, где они касались чёрного лакированного прута. Закололо, не больно, а скорее щекотно, будто по коже побежали мелкие искры, и в следующий момент я увидел, как от подушечек пальцев к пруту потёк едва заметный свет. Не яркий, не слепящий, а мягкий, тёплый, золотистый, различимый только в ночной темноте и только если смотреть в упор.

Прут в руках словно ожил, стал податливее, лёг в оплётку так точно и плотно, будто сам знал, куда ему нужно. Следующий ряд пошёл ещё ровнее, пальцы двигались увереннее, и каждый виток сопровождался тем же мерным золотистым свечением, перетекающим от кожи к древесине.

[Основа: 5/15 → 4/15]

Единичка ушла на три ряда оплётки, но результат ощущался буквально пальцами, даже смотреть не надо. Там, где прутья получили порцию Основы, стенка корзины стала плотнее, жёстче, и при нажатии не прогибалась, а пружинила так уверенно, будто была не плетёной, а цельной. Обычные ряды тоже крепкие, лиственничная древесина сама по себе прочная, но разница между напитанным и обычным рядом чувствовалась пальцами безошибочно.

Не стал останавливаться на достигнутом, а то очень уж интересно, что в итоге выйдет. Основа восстанавливалась от работы, медленно, по крупицам, но восстанавливалась, и каждую восстановленную единичку я тут же направлял обратно в прутья.

Получился замкнутый поток: созидание кормит Основу, Основа течёт в изделие, изделие становится лучше, система оценивает качество выше, Основа восстанавливается чуть быстрее. Круг замкнулся, и мне оставалось лишь поддерживать его, не прерывая ритм и не отвлекаясь на посторонние мысли. Причем что забавно, в моем развитии эти самые круги встречаются регулярно. То же самое вполне можно сказать и про работу Созидания и Разрушения, они тоже дополняют друг друга.

[Основа: 4/15 → 5/15 → 4/15 → 5/15]

Циклы пошли ровнее, Основа колебалась между четвёркой и пятёркой, не проседая ниже и не накапливаясь выше, потому что каждую лишнюю каплю я немедленно вкладывал в очередной виток. Пальцы двигались сами, голова отключилась от подсчётов и расчётов, и осталось только ощущение потока, непрерывного, мерного, тёплого, проходящего через грудь, через руки, через кончики пальцев в чёрную лакированную древесину.