Книга Ненужная королева обречённого дракона, страница 112 – Юлий Люцифер

— Попробуйте истолковать это после того, как я сожгу ваши бумаги.

Ренн уже стоял у бокового прохода, отсекая путь второй группе стражников. Финн каким-то образом оказался за скамьёй свидетелей с двумя ножами в руках, хотя Мира перед входом проверяла его карманы трижды. Тисса держала тяжёлую деревянную подставку для свитков и выглядела так, будто готова доказать столице, что портниха способна убить предметом обстановки. Яра стояла неподвижно, пальцы её лежали на повязке у горла.

Зал был в одном вдохе от крови.

И тогда Элина подняла руки.

— Нет.

Артарион не сразу понял.

Он даже не повернулся. Только плечо его напряглось сильнее.

— Элина.

— Нет, — повторила она. — Не здесь.

— Они заберут тебя.

— Да.

— Ты понимаешь, куда?

— Не до конца.

— Тогда молчи.

Слово сорвалось с него слишком резко.

Он понял сразу. Понял и будто сам себя ударил этим. Но в зале уже не было места для исправлений.

Элина посмотрела на него. На бледное лицо, на скрытую под воротом метку, на руку с мечом, которая дрожала не от слабости, а от предела. Если он сейчас сорвётся, Валериан получит то, чего хотел: Пепельный дракон нападёт на имперский суд при свидетелях. Академию объявят гнездом мятежников. Всех, кто пришёл с ней, возьмут или убьют. А Элину всё равно уведут — только через тела тех, кто попытался закрыть её собой.

— Артарион, — сказала она тише. — Не выбирайте свою смерть за меня.

Он застыл.

Не меч. Не стражники. Не судья. Эти слова остановили его сильнее любой печати.

Мира у дверей, уже пробившаяся в зал с лекарской сумкой и лицом грозовой тучи, резко вдохнула.

Ренн опустил меч на долю пальца.

Валериан прищурился.

Элина сама протянула руки стражникам.

Цепи сомкнулись без звона.

Тепло тут же пошло под кожу. Не магия сна, не травы Селесты. Иное. Пустое, белое, судебное. Оно не гасило боль. Оно гасило право сделать движение без разрешения.

Элина почувствовала, как Пепельная память отступает от ладоней, будто её накрыли мокрой тканью. Серый след у основания большого пальца побледнел.

Селеста улыбнулась.

— Разумная девочка.

Элина повернула к ней голову.

— Вы каждый раз ошибаетесь в слове.

Улыбка мачехи стала тоньше.

Стражники повели её к боковой двери под судейской трибуной. Дамиан вдруг дёрнулся, будто хотел выступить вперёд, но Кир Велран удержал его за локоть. Севериан стоял у своего места. Лицо его было мертвенно-серым.

— Элина, — сказал он.

Она остановилась.

Не потому, что он позвал.

Потому что хотела убедиться, что в этот раз услышит его правильно.

Севериан сделал шаг.

— Я... я попробую...

Она ждала.

Судебная стража ждала.

Даже Селеста повернулась к нему с холодным предупреждением во взгляде.

Севериан посмотрел на белые цепи на её руках.

Потом на Валериана.

И замолчал.

Элина кивнула.

Маленькое движение. Почти благодарность за ясность.

— Не трудитесь, лорд Рэйс.

Она пошла дальше сама.

За спиной Артарион сказал:

— Я найду тебя.

Белые цепи не дали ей обернуться сразу. Пришлось повернуться всем корпусом, медленно, как кукле с тугими нитями.

— Нет, — сказала Элина. — Сначала узнайте, куда они прячут тех, кого суд не решается судить при свете.

Валериан посмотрел на неё внимательнее.

Значит, попала.

Значит, под Палатой Белой книги было место, о котором говорили не в протоколах.