Книга Клуб разбитых сердец, страница 13 – Юлия Резник

Морщусь. Какой болезненный разговор! Но возможно, мне стоит об этом подумать, чтобы не повторять ошибок. И не сигать из огня да в полымя. Тяжело вздохнув, отворачиваюсь к окну. На улице солнце, проходящие мимо люди улыбаются...

— Я всерьёз задумываюсь о том, чтобы завести пару кошек и умереть в гордом одиночестве.

— Не перегибай.

Перед мамой ставят ее кофе и кашу. Она с улыбкой благодарит официанта и принимается помешивать ту, распределяя кусочек сливочного масла.

— А что мне, по-твоему, делать? — тихо спрашиваю. — Сейчас, кажется, реально лучше быть одной…

— Чем абы с кем? Согласна.

— А как понять, кто «абы», а кто нет? — фыркаю. — Таблички же не висят.

— Висят, — спокойно отвечает мама. — Просто ты слишком поверхностно смотришь.

Я усмехаюсь.

— А ты точь в точь повторяешь Матюшины слова. Вы что, сговорились? — притворно возмущаюсь, ковыряя свой круассан. Он уже остыл, но всё равно вкусный.

— Почему же?

— Он вчера заявил, что мне нужен фильтр, — говорю, не глядя на маму.

— Умный человек. Мы, кстати, недавно виделись.

— Где?

— В церкви.

— Ты ходишь в церковь? — удивляюсь я, потому что моя мать вообще-то непоколебимый агностик.

— Люблю в тишине подумать. О, а это разве не он?!

И правда. У входа — Матвей. В обычной своей форме: джинсы, ветровка и безмятежность уровня «меня не выведешь из себя даже налоговой проверкой». И… девушка рядом. Светлые волосы, хвост, глаза — такие же, как у него. Боже, да это же Ангелина! Я просто не узнала ее, потому что… кхм… с нашей последней встречи дочь Матвея здорово прибавила в весе.

Моргаю. Интересно, куда смотрит Ратников с женой.

— Матюш! — машу рукой, прежде чем мозг успевает догнать происходящее.

Он замирает, чуть меняясь в лице. Ангелина что-то ему говорит, а потом они вместе направляются к нашему столику. Девочка немного смущается.

— Вот так встреча. Вы одни? Или с мамой?

Матвей открывает рот, но не успевает сказать ни слова.

— Одни, — бодро сообщает Энджи, глядя на меня с едва скрываемым обожанием. Ратников как-то мне говорил, что она обожает мой блог.

— Тогда поместимся, — я сгребаю рюкзак с соседнего стульчика. За нашим столом как раз два свободных места, а в бистро — битком. Если они не догадались заказать столик, то им попросту негде будет приткнуться.

— Мы точно не помешаем? — на автомате уточняет Матвей.

— Ни в коем случае.

Ангелина вообще не запаривается и плюхается рядом со мной.

— Как дела, Энджи? Сто лет не виделись. Что-то ты совсем к нам дорогу забыла.

— Это деликатный способ сказать, что я поправилась? — прищуривается она.

— Не выдумывай! — бурчит Матвей. — Ива просто констатирует факт.

Я бросаю на Матюшу благодарный взгляд. И с трудом сохраняя улыбку, резко меняю тему:

— Кстати, познакомься, Энджи… Это моя мама — Изольда Юрьевна. — Мама, это Ангелина — дочь Матвея.

— Очень приятно, — кивает мама, отчего серьги в ее ушах тихонько позвякивают.

— А я знаю. Видела вас у Ивы в блоге. Вы совсем не похожи! — отзывается Ангелина.

Я киваю. Мама — моя звезда. Рилсы с ней набирают какие-то нереальные охваты. Неизвестно, кто из нас знаменит больше — я или моя маман? Я столько раз предлагала ей завести личный канал!

— А вы правда работаете в морге?

— Лина, — пытается вмешаться Матвей, смущенно ерзая.

— Что Лина? Сам же говорил, что пришла пора выбирать жизненный путь. Я, может, тоже подумываю стать патологоанатомом.