Книга Слабо не влюбиться?, страница 136 – Татьяна Никандрова

— Слушай, Тём, а ты помнишь, что у нас с папой в этом году серебряная свадьба? — интересуется мама.

Очуметь! Неужели они реально четверть века женаты? Вот это космос!

— Теперь вспомнил, — усмехаюсь.

— В общем, мы решили праздновать. Красиво и с размахом, — делится она. — Ну, знаешь, ресторан, ведущий, много гостей… Я давно о таком мечтала.

— Классная идея, — поддерживаю я.

— И ты наконец выберешься на родину, да? — говорит с легким укором. — А то все мы к тебе, да мы к тебе… Вот и повод самому приехать.

В чем-то она права. За последние пять лет я был дома лишь дважды. Один раз — по работе, второй — на юбилее деда. И то как-то мимолетом. Даже ни с кем из прежних знакомых не виделся.

— Само собой, такое событие я не пропущу. День в день будете праздновать?

— Да, пятнадцатого июля, — судя по голосу, мама довольна, что я так легко согласился. — Только ты пораньше приезжай, Тём. Хоть пообщаемся!

Мама такая мама. Мы с ней видимся раз в полгода стабильно, а она все равно считает, что у нас дефицит общения.

— Ладно, постараюсь, — улыбаюсь я. — А вы прям пир на весь мир закатить решили?

— Какой уж пир, — смеется. — Позовем самых близких родственников и друзей. Стояновых, Петриковых, Солнцевых… Еще дядю Леню с семьей хотим пригласить. Они нам в прошлом году вон как с машиной подсобили, помнишь? Нехорошо будет проигнорировать. Ну и без коллег, само собой, никак. Жанну Павловну мою пригласим и папиного начальника…

— Мам, а Василиса тоже будет? — перебиваю несколько нетерпеливо.

Почему в данную секунду этот вопрос кажется мне жизненно важным. Я не видел Солнцеву пять лет. Пять. Долбаных. Лет. И почему-то уверен, что наша встреча, если она все-таки случится, будет непростой.

— Конечно, куда же мы без Васеньки, — родительница явно не уловила моего волнения. — Ой, Тём, ты даже не представляешь, какая она красавица стала! Расцвела, прям расцвела. Дашка говорит, за ней на работе все парни увиваются, а она…

— Ладно, мам, я понял, — обрываю.

Так и подмывает вставить, что Солнцева всегда была красивой, но я сдерживаюсь. Что это сейчас даст? Мама ничего не знает о нашей подростковой недолюбви. Вот пусть и дальше пребывает в блаженном неведении.

— Ты с Аделиной приедешь? — непринужденными интонациями она старательно маскирует неприязнь в голосе. — Или один?

Дело в том, что мать с самого первого дня невзлюбила мою девушку. Без понятия, чем Аделина ей не угодила, но подозреваю, что список претензий у родительницы очень даже обширный.

Во-первых, моя избранница — модель. Сами понимаете, для представителей старшего поколения эта профессия, мягко говоря, несерьезная. Помнится, мама все недоумевала, чем будет зарабатывать Аделя, когда состарится или, например, пополнеет.

«Ведь это же так ненадежно! Полагаться исключительно на внешность!» — причитала она, а я лишь беззаботно пожимал плечами. Лично меня вопрос Аделиного заработка волновал в последнюю очередь. Как по мне, так пусть делает, что хочет. Хоть вообще не работает.

Во-вторых, в день первой встречи Аделинка отказалась есть приготовленный мамой бифштекс. Не потому, что было невкусно, а потому что она — вегетарианка. Не потребляет мясо вот уже несколько лет. Практикует осознанный подход к жизни, питанию и прочие йоганутые ценности.