Книга Измена. Неправильная сказка, страница 92 – Любовь Попова, Елена Гром

— Позвони, но она не была обижена. Стой, я тебе открою.

Жду, когда он выпустит меня из машины. Ему звонят, и он отходит поговорить, а я поднимаю голову и ловлю языком снежинки. Всматриваюсь в забор, где огромными буквами написано «Парк Фэмели» Выглядит очень красиво.

Хочу рассмотреть поближе. Шагаю вперед, на пешеходный, как вдруг сердце замирает. Ослепляет свет фар, оглушает звук клаксона. Руки тут же ложатся на живот.

Крик Кости в ухо, а потом сильные руки поднимают меня в воздух.

Машина с визгом тормозит в нескольких сантиметрах от нас.

Я почти не дышу, Костя поворачивает меня к себе, осматривает. Видит, что в порядке, хотя и в шоке. Откуда тут вообще взялась машина?!

Костя отпускает мои плечи и идет к машине, из которой выходит какой — то парень в кожанке. Явно не в адеквате.

— Ты знак не видел?

— Да похуй мне на твой знал, чего твоя сучка на дорогу вытерлась?

Я прикрываю рот, ну что за хамло.

Костя налетает на него, они дерутся.

Я хочу подойти, остановить побоище, но Костя орет — не лезть.

Я стою, прижав руки к груди.

К нам подбегают со строительной площадки. Скручивают парня. Уводят. Машину отгоняют.

Я все стою и смотрю на Костю, у которого такое бешенство в глазах что страшно.

Я даже отступаю на шаг, но Костя уже рядом. Вжимает в меня руки, сминает пух пальто, вжимая меня в себя. Становится дышать легче.

— Как ты?

— У тебя кровь. — Шепчу, тут же лезу за салфеткой, кровь стираю. — Зачем было с ним драться.

— Хрен знает, сам не понимаю, что нашло на меня.

Мы оба знаем, что он понимает. И я понимаю. Точно такая же ситуация была несколько лет назад. Но тогда меня никто не успел спасти, меня подкинуло над машиной, о которую я и ударилась, потеряв тогда ребенка. Второй раз я бы этого не пережила.

— Хочешь домой отвезу?

Я хочу домой, да. Но тогда он уйдет, а я снова вернусь в свою скорлупу, а сегодня день такой… Почти сказочный.

Словно мы вернулись в то беззаботное время, когда еще не причинили друг другу боль.

Его губы все ближе, а мне страшно, страшно, что я вернусь и все закончится. А сейчас он рядом. Сейчас он только мой.

— Ты вроде хотел показать мне что — то. Или тебе в больницу надо?

— Из-за этой царапины? Пошли, пока еще какой — нить мажор не проехал, — усмехается он, мажет горячими губами по моей холодной щеке, вызывая всполохи чувственного желания.

Он берет меня за руку, а я, наверное, впервые за многие месяцы не дергаюсь. Знаю, что именно сегодня он мне боли не причинит.

Пока идем по освящённой строительной площадке. По венам еще скачет адреналин, перед глазами свет фар.

— Ты точно в порядке?

— Я не хочу домой, если ты об этом. Он же не тронул меня. Я вообще не понимаю, почему я застыла как истукан, могла бы побежать.

— Все реагируют на стресс по-разному. Я много раз видел, как люди, которые могли избежать смерти, замирали и не могли пошевелиться. Так что не парься.

— Тебя ведь не могло быть рядом, тогда.

Я вскрикиваю, когда Костя встает напротив, смотрит в глаза так спокойно и уверенно, что по щекам растекается жар, а в груди чертов трепет.

Как он может быть таким идеальным.

Мне кажется я никогда не смогу его разлюбить. Или просто не хочу.

— Я всегда буду рядом. Запомни это.

— Из-за ребенка? — кусаю губу, а он смотрит так серьезно, словно слова мои обдумывает.