Книга Светлая любовь Темного Лорда, страница 110 – Константин Фрес

От ее гадких откровений меня трясло. Но я старалась оставаться спокойной внешне, хотя внутри меня все кипело.

— Говоришь, что я глупа, а сама совершаешь ту же ошибку, что и привела тебя к краху, — с усмешкой произнесла я. — Снова хочешь положить в постель к Темнейшему служанку, забывая, что она прежде всего женщина. Твоя непомерно раздутая гордыня и твое высокомерие погубят тебя.

Была ли похожа та церемония, что устроил Темнейший, чтобы познакомить весь Темный Мир со мной, на свадьбу. Да; несомненно. Хотя назывался этот праздник приемом в честь выздоровления Темнейшего.

И уж точно это не была похоже на то мрачное действо, на котором я вынуждена была танцевать с князьями в грязном платье измученной работой служанки.

Да и лица князей, что мне кланялись теперь, были куда приветливее.

И мою руку они брали с почтением, а не с натянутой холодностью.

Темнейший был милостив ко всем, радушен и щедр. Он всем выказывал свое расположение, и эльфы были рады такой перемене в настроении Повелителя.

Мой темный наряд, расшитый серебром и черными блестящими камнями, был очень мне к лицу.

Темные слуги, разодетые в парадные одеяния, под руки свели меня по огромной широкой лестнице в зал, полный гостей, и провели до самого трона, где меня ожидал Темнейший.

И он стоя ожидал меня.

Грозный, прекрасный и радостный.

Сердце мое уходило в пятки, когда я смотрела в его светлое лицо.

Я не чуяла под собой ног и дыхание мое то и дело сбивалось. Я лихорадочно соображала, а веду ли я себя как положено. Что я, простая городская девушка, знала о том, как быть королевой? Как вести себя подле повелителя?

Одно лишь меня успокаивало: думаю, ни одна из королев этого не знала этого до того, как стала королевой.

Трона мне не полагалось. Но рядом с сидением Темнейшего для меня поставили кресло и удобную скамеечку для ног.

И я с комфортом устроилась рядом с ним, по правую руку.

Темный Слуга, постукивая церемониальным жезлом об пол, громко объявлял имена гостей, пришедших поздравить Темнейшего. А названные подходили к подножию его трона и кланялись — сначала ему, затем мне, с неменьшим почтением.

И, самое главное, в знак признания они преподносили мне подарки.

Темнейший благосклонно наблюдал, как я их принимаю, то, как его подданые стараются порадовать его женщину. А значит, и удирать в грязь лицом было нельзя. И эльфы преподносили мне действительно ценные вещи.

И я радовалась им, как девочка, хоть и старалась вести себя сдержанно.

Но красота драгоценных украшений, венцов, золотых гребней для волос так трогала мое сердце, что я иной раз не могла скрыть вздоха искреннего восхищения.

Более всего я обрадовалась совершенно необычному подарку — большеглазому маленькому олененку.

Он был совершенно ручной. Не боялся рук и потянул мокрый нос к предложенному угощению.

Я осторожно обняла его за шею, а он тыкался мордочкой, отыскивая в моих ладонях еще кусок яблока. Это было так трогательно, что я рассмеялась и поцеловала зверька в лоб.

Темнейший, глядя на мою радость, улыбался.

И эльфы, преподнесшие дары, тоже начинали улыбаться и переглядываться. Кажется, кто-то заговорил, что у них появится благостная и добросердечная госпожа.

И радость каким-то особенным звуком, вздохом пронеслась над головами.