Онлайн книга «Ярл для чужеземки»
|
— Идите к южным болотам, — ее шепот был едва слышен, но каждое слово било прямо в сердце. — Там вас не станут искать ни свои, ни чужие. Топи скроют ваш след. Духи тех мест... они не любят чужаков, но и до людей им дела нет. Потом ее взгляд упал на меня. В нем была какая-то странная смесь жалости, надежды и старой, как мир, мудрости. Она взяла мою свободную руку, разжала окоченевшие от холода и страха пальцы и вложила в ладонь маленький, зашитый в грубую кожу предмет. — Это тебе, — она сжала мою руку своими, шершавыми и теплыми. — Чтобы чужие воды не казались своими, а свои — чужими. Не потеряй. Тебе пригодится. Я сжала пальцы, чувствуя под кожей маленький твердый шарик, похожий на высохшую ягоду, и какие-то вырезанные знаки. Это был не просто оберег. Это было напутствие. Предупреждение. И просьба. Аса больше ничего не сказала. Она лишь на мгновение встретилась взглядом с Торвином, и в этом взгляде промелькнуло все, что было между ними — годы, преданность, боль от того, что он уходит. Потом она резко развернулась и скрылась в тени, не оглянувшись, но я успела заметить, как по ее щеке скатилась и пропала в складках одежды единственная блестящая слеза. Мы перешагнули через низкое бревно частокола. Сзади осталось тепло костров, запах дыма и людское молчание. Впереди лежала белая, безмолвная пустота. Шаг за шагом, мы углублялись в лес, и тени деревьев поглощали нас, стирая последнюю связь с тем, что мы когда-то называли домом. * * * Торвин молчал всю дорогу. Его молчание было не пустым — оно было густым, как смоль, и в нем клокотала буря из ярости, обиды и боли. Он не отпускал мою руку, и его хватка была единственным теплым и живым местом во всем этом ледяном мире. Он не оглядывался. Не потому, что не было чего жалеть. А потому, что смотреть было невыносимо больно. Каждый сожженный дом, каждое знакомое лицо, что отвернулось от него, — все это было ножом в спину. Он вел свой народ годами, был их мечом и щитом, а они... они предпочли сжечь его дом, лишь бы вернуть себе призрачное ощущение безопасности. Он слышал шепот Асы, чувствовал вес мешка в своей руке. Это был последний, горький подарок от того, что осталось от его прежней жизни. Ее слова о южных болотах были не просто советом. Это был единственный шанс. Место, куда не сунется ни один разумный человек, где можно затеряться так, чтобы тебя не нашли даже собственные демоны. А когда он увидел, что она передала Алисе тот самый амулет, в его груди что-то кольнуло. Он узнал его. Старая работа его матери, умевшей находить общий язык с духами воды. Аса хранила его все эти годы. И теперь отдавала той, кого клан только что изгнал. В этом жесте было столько веры и столько отчаяния, что он едва не сломал его и без того надтреснутую решимость. Он лишь крепче сжал руку Алисы и зашагал быстрее, уводя ее, свою единственную надежду и свою величайшую слабость, прочь от пепла его прошлого. * * * Лес сомкнулся за нами, как холодные, безразличные врата. Тишина здесь была иной — не тяжелой и осуждающей, как в поселении, а глухой, природной, полной скрытых шорохов и безмолвного равнодушия. Деревья-великаны, покрытые инеем и шапками снега, наблюдали за нами сверху, не предлагая ни укрытия, ни сочувствия. Мы были всего лишь двумя букашками, затерявшимися в их бескрайнем, молчаливом царстве. |