Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 232 – Мари Ларина

— Так, кошечки мои, думаю, вам ещё вот это понравится… Для начала — скраб для тела. «Яблочный пирог». Думаю, чем пахнет, объяснять не надо. Рецепт не мой, а тоже одной моей коллеги, что долгое время делала его для одной ведьмы, которая прожила долгую жизнь с охотником на ведьм… Ой, ласточки, такая романтичная история любви. — Бубби смахнула слезу, открывая роскошную стеклянную баночку с вырезанными на ней витиеватыми орнаментами. — Её возлюбленный так любил яблочные пироги, что ведьма пользовалась всю свою жизнь ароматами, похожими на них. Даже после его смерти, в дань памяти.

Мы с Эльсой чуть понурились, пока мирида вдыхала аромат скраба. Какая-то грустная история. Да и разве на ведьм охотятся? Ни разу об этом не слышала.

— Хм… а что же с этой ведьмой сейчас? — сделав последний глоток чая, спросила я. Стаканчик опустел, как и у Эльсы, которая забрала у меня его и выбросила в изящное, кованое мусорное ведро, стоявшее неподалёку. Баночка со скрабом пошла по кругу — пах он и правда восхитительно, навевая воспоминания о тёплых летних вечерах на веранде. Верин облизнулась, и я отобрала у неё банку — ещё чуть-чуть — и она бы точно начала его есть.

Блэк пожала худыми плечиками, сопроводив это движением шорохом складок накидки.

— А прах их разбери, этих ведьм. Да и было это, кажется, в другом мире. — Бубби заговорщически подмигнула нам, и я задумалась — шутит она или говорит правду? Но я не смогла развить эту мысль, потому что мирида поставила передо мной следующую баночку. Та была из зелёного стекла, причудливо-вытянутой формы. — А вот это… о, детка, Айлин, наверное, это для тебя. Ты любишь посвежее, я знаю — и это точно тебе понравится. Рецепт тоже не мой, но, уверяю — ни одну женщину с таким ароматом ты здесь не встретишь. Называется «Благородная дева». Ноты — уникальные! Не спрашивайте, где я их достала, вы о таких, наверное, даже и не слыхали, птички мои. Здесь всего два компонента: тарокко и эде… эдельвейс, точно.

Я нахмурилась, принимая баночку и откупоривая её. Тарокко и… что? Эдельвейс?

— Ни разу о таком не слышала. — я вдохнула аромат поглубже и расплылась в улыбке. Приятный, свежий, чуть цитрусовый, волнующий… о, да, то, что надо.

Бубби вдохновлённо кивнула, прижав лапки к груди. Её длинные чёрные реснички затрепетали, и она горячо зашептала, восторженно рассказывая о скрабе.

— О, милая моя, этот аромат… он тоже, по рассказам моих волшебных коллег, сопровождал одну замечательную, драматичную историю запретной любви в далёком-далёком королевстве. Таким пользовалась сама принцесса! Ой, — она смущённо махнула лапкой, унизанной браслетами. — Королева!

Улыбка на моём лице стала ещё шире. Ну, раз королева, тогда точно беру!

— Ну, раз королева, — будто озвучивая мои мысли, протянула Эльса, заправив за ухо прядь медного пламени, — то мне нужно срочно что-то не хуже. Я всё-таки не из простолюдинок. Значит так… Мне, пожалуйста, вот ту помаду, с которой можно выйти замуж, скраб с яблоками, и парфюм. «Последнее желание».

— Всё упакую тебе с любовью, звезда моего сердца, — нежно пропела Бубби, подхватывая на лапки флакончики и уже обвязывая их шелестящей лентой цвета ночного неба.

Я сжала в пальцах зелёный флакон с «Благородной девой», и рука моя будто на миг согрелась — как от прикосновения к чьей-то ладони. От аромата в голове всплыли образы: свежий, зелёный сад, утренний свет, пробивающийся сквозь кроны деревьев, ветер в высокогорье. Он казался… таким знакомым.