Книга Ложка меда в канистре бензина, страница 57 – Марина Серова

* * *

— Жень, может, поедим где-нибудь, а? Жалею, что только два сырника съел у Валеевых, — сказал Игорь устало, когда вернулся в машину и захлопнул дверцу.

Мне есть не хотелось. Более того, при мысли о еде, даже о великолепных сырниках Ларисы Алексеевны, почувствовала легкую тошноту. А вот кофе хотелось до дрожи! Черного, без сахара, чашки три подряд, а потом — латте.

— Только туда, где кофе хороший варят, ладно?

— Поехали где кофе, кофеманка ты моя! — Игорь внезапно развеселился. — Эх, Евгения Максимовна, как жаль, что я… старый!

Взаимную симпатию, возникшую между мною и Резниковым, отрицать глупо. А развивать ее… опасно.

Говорят, что человека можно узнать лишь в экстремальных обстоятельствах. Ну, экстрима-то сегодня хватило. Особенно Игорю. Он же привык головой работать — просчитывать, анализировать, интриговать… Думаю, стреляет он неплохо, но очевидно, что не в «полевых условиях», да и со скоростью реакции у него слабовато. Следует признать, что, если бы не мои рефлексы, валяться бы вам, Игорь Брониславович на дороге в «мертвом городе» с пулей в вашей умной голове! Ну меня бы тоже где-нибудь там бросили. Точнее, любого другого свидетеля, который не смог бы связать еле уловимое движение Закиева и шаги его ряженых телохранителей: один шагнул вперед, второй в сторону… Я связала.

А сейчас, сидя напротив довольного Резникова, орудующего ножом и вилкой над большим стейком на большой тарелке, связываю его разыгравшийся аппетит с реакцией организма на реальность смерти: не убили, значит, жив и есть хочу! Избежавший смерти человек становится более жадным до жизни, до ее простых радостей. Вот он сейчас ест мясо и с каждым кусочком, отправляемым в рот, становится все больше похожим на сытого кота…

— Жень, ну хоть салата какого-нибудь поешь, вон их сколько, я же лучшие заказал! Что ты все кофе дуешь?! Третью чашку уже…

— Нет, не хочу, не полезет. Кофе — самое то, — ответила я и решила, что имею право на пару вопросов, точнее на ответы. — Почему вы отпустили Закиева?

Резников перестал жевать и посмотрел на меня. Я тоже смотрела на него. Прожевав мясо и глотнув свежевыжатого апельсинового сока из высокого стакана, он сложил на тарелку крест-накрест столовые приборы и откинулся на мягкую спинку стула.

— Аппетит перебила, — буркнул, рассеянно глядя перед собой.

— Я задала вопрос!

— Жень, давай так: ты будешь есть вот этот ананасный салат с креветками или хотя бы вот этот — он чисто фруктовый, а я буду отвечать на твои вопросы. Идет?

Я пододвинула к себе салатник с красиво выложенной и изысканно оформленной горкой, взяла вилку и воткнула в торчащую креветку. Выразительно посмотрела на Резникова. Он молчал, усмехаясь. Пришлось есть.

— Итак, Закиев, — произнес Игорь лишь после того, как я, давясь, затолкала в себя несколько креветок и несколько кусочков ананаса. — А куда его надо было везти? В «Президент-отель»? Так у меня там люкс не безразмерный, знаешь ли… И что мне там с ним делать? К стулу привязать и пытать утюгом? Все, что мне надо было, он уже сказал, а ты — умница! — записала, так что… пусть дома сидит. Пока не понадобится. Как свидетель. Запись, кстати, не забудь переслать.

— Свидетель убийства Натальи Родионовой? — вцепилась я. — А может, он сам убил ее?!