Книга Фау-2, страница 97 – Роберт Харрис

Барбара с жалостью посмотрела на нее:

— С учителем-то? Я тебя умоляю! К тому же он вполне симпатичный, тебе не кажется?

— О боже!

— Нам определенно стоит встретиться с ними снова.

От стойки приковылял Арно. Он улыбнулся и указал на дверь:

— Ну, идем?

Йенс и Барбара ушли первыми. Кей уже собиралась последовать их примеру, когда раздался возглас:

— Эй, Арно!

Она обернулась одновременно со своим спутником. Мужчина у стойки щелкнул каблуками и вскинул руку в нацистском приветствии.

Арно сделал вид, будто ничего не случилось. Они прошли по пристани, поднялись по лестнице и разделились на мосту.

— Увидимся завтра, – произнесла Барбара и подмигнула. – Не делай ничего, чего не стала бы делать я.

Они с Йенсом направились в одну сторону, Арно и Кей в другую. С наступлением комендантского часа улицы опустели.

— У тебя очень веселая подруга, – заговорил наконец Арно.

— Правда? Мы только вчера познакомились. Она мне нравится. – Кей посмотрела на спутника.

Его губы были сжаты, взгляд направлен строго вперед, от недавнего хорошего настроения не осталось и следа.

— Что-то случилось?

— Нет, ничего.

— То, что было в конце, когда мы уходили, нацистское приветствие, – что за ним кроется?

— Ничего. Просто дурацкая шутка.

— Тогда почему злишься?

— Я не злюсь.

Навстречу шли двое английских солдат, прижимая к груди винтовки. Они преградили путь:

— Документы, пожалуйста.

Кей предъявила удостоверение личности, Арно последовал ее примеру. Солдат посветил фонариком на фотографии, потом на лица.

— Нарушаете комендантский час, – сказал другой.

— Простите, – ответила Кей. – Мы возвращаемся к себе.

— Речь не о вас, мэм.

— Я могу поручиться за него. Квартирую в доме его семьи.

— Руки вверх. – Рядовой шевельнул винтовкой.

Арно вскинул руки. Солдат обыскал его.

— Повернись.

Арно устало уткнулся лицом в стену.

— Неужели это необходимо? – спросила Кей.

— Ему известны правила.

Рядовой закончил обыск.

— Ладно, сейчас отпускаем, раз ты с английским офицером. Но не попадайся нам снова.

Им вернули документы. Патруль пошел дальше.

— Сожалею, что так произошло, – сказала Кей.

— Нет нужды. Немцы вели себя грубее. – Он сунул удостоверение во внутренний карман.

Кей чувствовала бурлящее в нем возмущение и унижение.

Они пошли дальше, минуя казавшуюся бесконечной череду городских скверов. Ночь выдалась холодная. На камни мостовой уже ложился иней, сверкая в свете уличных фонарей. Над островерхими крышами появились редкие звезды. Внезапно Арно остановился, схватил девушку за руку и показал наверх. Прямо над ними виднелась стремительно падающая звезда. Через пару секунд она исчезла.

— Знаешь, что это было? – спросил он, все еще держа ее за руку.

Кей видела, как судорожно опускается и поднимается его грудь.

— Метеор?

Арно замотал головой:

— Немецкая ракета, на Антверпен летит. Я их уже два раза видел. Эти люди дьявольски изобретательны. – Он посмотрел на нее.

— Это ужасно, – осторожно проговорила Кей. – Бедные антверпенцы.

Арно, похоже, ожидал услышать от нее что-то еще. Не дождавшись, отвернулся.

— Ничего, – буркнул он. – Ракеты или не ракеты, эти гады все равно скоро проиграют войну. Нужно идти. Мы уже почти на месте.

Дорога заняла еще пять минут. Когда они подошли к калитке в стене сада, Арно сделал вид, что заела щеколда, повозился с ней несколько секунд, а потом повернулся и поцеловал Кей. Она уже знала, что так случится. Даже прокручивала в голове варианты. Мягкий отказ «Нет, прости, я не могу», а затем, если понадобится, решительное «Я не такого сорта девушка». Но когда это произошло, оказалось, что она девушка именно такого сорта. Прикосновение незнакомых мужских губ неожиданно показалось совершенно естественным. У этих губ был сладковатый вкус пива. Кожа щек была мягкой, а не щетинистой, как у Майка.