Книга Повелитель гоблинов. Том 8, страница 41 – Евгений Лисицин, Андрей Мельник

Камера была небольшой, освещение никаким, но я сумел разглядеть на полу, в бурых разводах подсыхающей крови, девять тел пленных кетр. Некоторые скрючились у стен, другие замерли в центре, один уткнулся лицом в угол. Крови было столько, что она затекла под дверь и засохла ржавой полоской на пороге.

А в дальнем углу, привалившись спиной к стене, сидел десятый и последний пленник, единственный оставшийся в живых. Весь перемазанный красным от макушки до когтей. Он смотрел прямо в смотровое отверстие и улыбался.

Я отодвинулся от двери.

— Чем он так?

— Вывихнул себе пальцы, чтобы вытащить кисти из кандалов, — ответила Тали. — Дальше работал руками и когтями. Возможно, зубами. Из девяти жертв у троих разодрано горло, у остальных множественные колотые раны когтями в шею и корпус. Он забирал их одного за другим, начиная с тех, кто был дальше всего от двери, стражи как раз рядом не было. Он хорошо уловил графики пересменки и повадки надзирателей. Профи…

— Когда обнаружили?

— Час назад. Стражник услышал хрип последней жертвы и заглянул в отверстие. Убийца уже сидел на полу и улыбался.

— Сопротивлялись?

— Судя по всему, не все. Возможно, спали и не успели отреагировать на опасность, — добавила она.

Одного мы поймали ночью, ещё парочку Тали вычислила и упаковала в камеру за вчерашний день. Работает быстро, этого у неё не отнять. Только вот один из пленников оказался не менее шустрым…

— Открывай, — велел я, тяжело вздыхая.

Стражники переглянулись, но дверь отперли. Тяжёлая створка отошла внутрь, и в нос ударил тяжёлый запах крови. Я шагнул через порог, переступив ближайшее тело.

Кетра вскочил на ноги и бросился на меня, метя когтями в глаза, ни на секунду не сомневаясь.

Быстрый он, конечно… Десятый уровень имеется. Причём взял, как я понимаю, именно здесь, в тюрьме. Но я быстрее.

Я ушёл в сторону, перехватил его запястье и дёрнул на себя, подставляя колено. Кетра перелетел через него и впечатался спиной в пол. Я навалился сверху, взял обе руки на излом и хрустнул, ломая кости. Кетра взвыл, задёргался, но я уже поднял его за шею и вдавил в стену, оторвав лапы от пола.

— Зачем?

Зрачки кошака сузились до вертикальных щёлок. Морда перекосилась от боли и ненависти. Он собрал во рту слюну, густо перемешанную с кровью, и плюнул мне в лицо.

Я ухмыльнулся, не убирая руки с его горла:

— Ну ладно…

Второй рукой я схватил его за волосы и выволок из камеры, протащив через порог. Стражники расступились, Тали молча пошла следом. Кетра скрёб ногами по каменной мостовой, пытаясь упереться, но со сломанными руками сопротивляться всерьёз не мог.

Мы прошли через южные кварталы, мимо пекарен и складов. Гоблины шарахались в стороны, орки провожали нас взглядами. Весь город в одно мгновение стал разговаривать на полтона тише. Я тащил кетру по главной улице, не торопясь и не скрываясь. Пусть видят и запоминают, что бывает с теми, кто пошёл против меня.

Пока шли, в голове прокручивались варианты. Живая защита Пюрешки за последние пару недель разрослась по внутренней стороне городских стен плотным ковром хищных лиан. Вчера при мне одна из них схватила крысу, затащила в клубок зелени и через минуту выплюнула чистые косточки. Пюрешка уже собрала с материнского растения четыре новых семечка и проращивает их для рассады в других поселениях. Скормить этого мясника лианам было бы красиво и символично.