Книга Не бойся меня, страница 36 – Дарина Стрельченко

— А вон там, видишь, мандарин, – выходя из «бунгало», махнула рукой Оксана. Саша оглянулась. В углу, возле стеклянной стены, за которой шумело шоссе, стояло мандариновое дерево – в широкой кадке, чуть ниже человеческого роста, с глянцевыми темно-зелеными листьями и маленькими мандаринами. Рядом с деревом, прямо на полу, на плоской квадратной темно-розовой подушке сидел парень с собранными в хвост белобрысыми волосами. Устроившись по-турецки, он печатал с такой скоростью, что Саша удивлялась, как у него из-под пальцев не вылетают искры. А может, он сидит тут нарочно? Ждет, пока ему на голову, подарив озарение, упадет мандарин?

— Ого! Настоящее? – глядя на мандарины, спросила Саша.

— Настоящее, – засмеялась Оксана. – Смотри, нам надо подняться на шестнадцатый этаж, наш отдел там. А у лифтов, как обычно, вечером пробка, так что давай уже потихоньку двинемся в их сторону, чтобы ты могла оглядеться не торопясь.

— Да, хорошо… А вы… ты… чем занимаешься?

— Я не журналист, – ответила Оксана и понимающе улыбнулась при виде разочарования на лице Саши. – Я курирую наши кафедры в вузах – чтобы там все шло тип-топ.

— Я хотела поступить в МГУ, – вздохнула Саша, делая еще глоток восхитительного сока. – Как раз чтобы пойти на кафедру «Эклектики» на журфаке с третьего курса… Но не прошла.

— Зато сейчас сюда прошла, – подбодрила Оксана. – Не волнуйся, у нас очень классные ребята. Собеседования проводит Алена, она отвечает за страницу, паблик стажировок и за все учебные рассылки. Она сама к нам не так давно пришла, года полтора назад, сразу после МГИЖа.

— Я тоже из МГИЖа! – воскликнула Саша и прикусила язык. Может, не надо было говорить это. Хотя они и так знают – она же заполняла анкету. Но, может, не надо было так восторженно, по крайней мере…

— Ну вот, быстро найдете общий язык.

По еще одной стеклянной лестнице с подсветкой они добрались до лифтов. Их было так много, что Саша сбилась, попробовав сосчитать. Где-то между серебристо-стальными дверьми даже приютился прилавок с кофе, возле которого, уткнувшись в телефоны, стояло три или четыре человека.

— Это «Лаванда», – перехватив ее взгляд, пояснила Оксана. – Наша кофейня. Можно покупать кофе за деньги, а можно брать за коины.

— Коины?

— Что-то вроде внутренней валюты. Их можно набирать за достижения в работе, за инициативность, за какие-то лекции или мероприятия, которые проводишь для коллег. Ими можно еще в парикмахерской на первом этаже платить и у эйчаров: они всякие тапки-толстовки-чашки с логотипом «Эклектики» за них дают.

— Звучит как фантастика, – пробормотала Саша, допивая сок.

— Иногда мне кажется, что так оно и есть, – серьезно ответила Оксана. – Я уже семь лет здесь, но до сих пор ощущение, будто попала в Хогвартс.

Саше чудилось примерно то же – все время, пока они ждали лифт (нужно было всего лишь выбрать номер этажа на экране, и подходил самый свободный лифт, как объяснила Оксана), пока взмывали на шестнадцатый этаж и шли по опенспейсу, уставленному белой мебелью и цветами.

Здесь было гораздо тише и спокойней, чем на втором этаже. Светло-серый ковер приглушал шаги, и, хотя стен как таковых не было, пространство разделяли драцены, монстеры, перегородки из какой-то травы и те самые белые книжные шкафы, что и внизу, только тут в них хранились не книги, а статуэтки, кружки, стаканчики с ручками и канцелярские мелочи. В целом создавалось ощущение, что Саша очутилась не то внутри космического корабля, не то в каком-то офисе будущего. «Офисы класса А», – вспомнилось ей из «Девочки со спичками»^[19].