Онлайн книга «Саат. Город боли и мостов»
|
Ладонь касается шершавой поверхности, покрытой мелкими ракушками. Похоже на крышку ларца или шкатулки. Брайд отдёргивает руку. Сглатывает. Память возвращается короткой вспышкой. Несколько секунд он медлит, прежде чем поднять находку и, оттолкнувшись от дна свинцовыми подошвами, заскользить обратно к свету. К мягкому гулу малышки «Саат». ☽ ✶ ☾ 92 день Зенита, 283 г. от ВП Остров Первого Огня Тропа встретила его туманом. Ва́ймари повёл плечами. Усмехнулся и покрепче сжал в кулаке жемчужину – кроваво-алую, с огненными всполохами перламутра. Он нёс её в дар ведьме – те-макуту, как звали Хранительницу Очага в родном племени. Ваймари проделал долгий путь в одиночку – от берега Лунного Камня, где прожил шестнадцать лет – через Змеев Хребет, вырастающий из моря в десяти сотах от священной земли, и до лесных зарослей, где начиналась тропа. Щербатые ступени из серого камня уводили наверх. Лапы папоротников били по плечам, влажный мох пружинил под босыми стопами. Выше, быстрее, ещё!.. Ваймари не шёл – бежал. Казалось, если оттолкнётся сильнее – взлетит над кронами. Он не боялся оступиться. Не боялся испытаний старухи-ведьмы. Сердце пело от азарта. От предвкушения близкой победы. Ещё до заката он заслужит право распоряжаться своей судьбой и заглянет в будущее, как делали все мужчины до него. Сердце стучало в груди от быстрого бега. Кровь отзывалась в висках: Ваймари казалось, что в зарослях тагавыпоют барабаны, встречая его ритуальным хором. Вай-мари-вай-вай-вай. Его имя на языке та-мери означало «счастливчик» – отмеченный удачей, – и он нёс его с гордостью, с лихим бесстрашием, на которое способен только тот, кто дважды уходил от смерти. Вай-мари-мари-вай. Лёгкие раздувались, впуская воздух, пахнущий солью и землёй, и выпуская обратно. По мышцам растекалось блаженное тепло – в насмешку туманной сырости. Под белой кожей вздувались ручейки вен. Ваймари вскинул руки, достигнув вершины холма, и закричал. Низко, гортанно, певуче. Боевой клич Буревестника – хэ-ватири – разнёсся над островом. Вай-ма-ри-ри-ри… Барабаны стихли, проглоченные тишиной. Нога разбила щит ряски и погрузилась в стоячую воду. Некогда поток реки был бурным, так говорили старейшины. Сейчас тропа вела через топь: деревянные мостки сгнили и наполовину провалились, их обвили корни столетнего раку – необъятного дерева, которое, подобно пауку, раскинуло сети по всему руслу. Оно с лёгкостью дотягивалось до обоих берегов, связывая их гибкими ветвями, и роняло соцветия, похожие на мохнатых пиявок. Ваймари не считал себя брезгливым: он голыми руками разделывал рыб-крылаток и знал, как сдержать тошноту в качку, – но сейчас отпрянул, ощутив, как вокруг лодыжки обвилось скользкое щупальце. Он оступился, налетев на камень. Боль пронзила пальцы. Рывок. Неведомая сила потащила его за собой, и Ваймари ухнул в воду, оказавшись в облаке из шумных брызг. Ладонь заскользила по гнилому канату, стараясь ухватить покрепче, но мост рассыпался, плюнув напоследок досками. Петля захлестнула предплечье; что-то хрустнуло, и пальцы разжались. Ваймари закричал. Отчаянный и протяжный звук, больше похожий на рык, пронёсся над заводью. Где-то вдалеке откликнулись птицы, а над поверхностью воды показалась морда кара-рехи – «разноглазого демона», – усеянная наростами: среди бурых пятен и зелени плавали мутные зрачки, один больше другого. |