Книга Фейрум, страница 110 – Дарья Райнер

— Я должен, помнишь? – сказал он тише. – Я пришел.

Ему хотелось обратиться к Черри, думать, что она его слышит. Ждет где-то там.

Лепестки шевельнулись. Сердце застучало быстрее. Игнас протянул руку; страха не было. Его окутали холод и темнота.

Дом, милый Дом.

— Не думал, что когда-нибудь буду скучать по этому месту. – Джек откашлялся. – Над техникой надо поработать.

— Техникой чего?

— Перемещения. – Он подмигнул. – А ты о чем подумала?

Липа тряхнула головой. После лондонских приключений она отказывалась думать. Зато Джек был настроен игриво. Кажется, после разговора на мосту у него сработал защитный механизм, отсюда и многословие.

— Как думаешь, мы сможем вздремнуть пару часиков, прежде чем…

— Что?

— Ну, грандиозные планы, спасение мира. Хотя нет. Сначала я вмажу падре от души, чтобы челюсть хрустнула, а потом уже все остальное.

Липа ответила невнятным протестом и подхватила пышные юбки. Только драк им не хватало!

Со стороны они наверняка напоминали парочку навеселе: нетвердая походка, несмешные шутки и общий потрепанный вид.

— Будто из канавы, честное слово.

— Мы все равно прекрасны, Деревце. Как там в песне было? You’re a shooting star I see.

— We’re like diamonds in the sky^[43], – подхватила Липа.

Они рассмеялись в унисон.

Прислонившись к стене, Липа хохотала и не могла остановиться, пока не настигла боль в солнечном сплетении, под тугим корсетом.

Джек смотрел на нее, не отводя взгляда.

— Это было то еще приключение.

— Хочешь, повторим как-нибудь? You and I, you and I…

— Ну уж нет!

Он, конечно, дурачился, но у Джека был красивый голос. А она, будто назло, не умела петь. Только тихонько мурлыкать что-нибудь под нос, будучи в хорошем расположении духа.

Не сейчас, напомнила она себе.

Даже использовать безвременье Дома не выйдет, чтобы отдохнуть. Она все равно не сможет провалиться в сон, пока не получит подтверждение своим догадкам.

— Акто!

Малыш вынырнул из-за угла и на радостях запутался в мокрых волосах. Липа только сейчас огляделась по сторонам, пытаясь понять, на каком этаже Дома они находятся. Песенное настроение сдуло порывом сквозняка.

— По этому коридору мы шли к Глотай-комнате.

— Плюй-комнате.

— Неважно! – Она махнула рукой. – Значит, лаборатория О’Доннелла в той стороне.

— А кто «мы»?

— Меня Игошка провожал.

Джек усмехнулся.

— Нашла общий язык с чертенком? Никто из наших не сумел, только Баб-Уля подкармливает, как родного.

Липа улыбнулась, вспомнив про «увнуковление». Ее знакомство с Домом было таким далеким… и все было в новинку: дико, страшно, непонятно. Хотелось прижаться к Игнасу и стоять, пока иллюзия не рассеется.

— Джек? – Он смотрел на нее уже серьезно. – У тебя есть своя комната?

Раз у Игнаса была – и у Баб-Ули, – то наверняка каждый обитатель дома мог выбрать для себя подходящий уголок.

— Решила все-таки вздремнуть?

— Да нет, я бы… – Липа перестала подбирать слова и сказала как есть. – Мне нужна твоя одежда.

— Motörhead или Metallica?

— Чувствую себя как на модном показе. Давай «Метлу».

Джек протянул ей футболку и отвернулся. Какое же счастье снова оказаться в человеческой одежде! Даже если она больше на несколько размеров. Прикосновение белого хлопка к коже и ощущение свободы – вот ради чего она жила последние часы.

От верхнего платья и юбок Липа избавилась сама: они лежали на полу грудой тряпья. С крючками и шнуровкой помог Джек. На сей раз без шуток и «тонких» намеков. Молча и сосредоточенно.