Книга Фейрум, страница 109 – Дарья Райнер

Откатился назад, восстанавливая дыхание. Уже понимая, что все зря. На этаже зажглись красные лампы, сирена вибрировала на высокой ноте. Скоро здесь будет охрана.

«Ты должен пойти со мной».

Пошатываясь, он поднялся на ноги.

Налево. Быстрее.

Первая распахнутая дверь вела на лестницу. Игнас заглянул через перила: ход свободен. Значит, вниз.

В любом здании выше одного этажа надо всегда иди вниз, если не хочешь попасться в ловушку. Где-то там находился путь к свободе. Белый мышонок Элджернон, потерявший лапу, бежал сквозь лабиринт в первый раз. Без подсказок и посторонней помощи. Один.

«Ты должен пойти…»

Он крепче стиснул зубы. Со всей силы впечатал пленку в интерактивный дисплей. Панель мигнула зеленой вспышкой: «Доступ второго уровня активирован». Интересно, откуда шла градация? По нисходящей или наоборот? Скорее всего, первый уровень единолично принадлежал отцу. Профессор Голдсмит любил во всем быть первым, если не единственным.

Помещение, в котором оказался Игнас, было слабо освещено. Вдоль стен находились стеллажи с образцами. Флуоресцентные трубки – лампы черного света – крепились к потолку. Ионизированный воздух проникал в легкие.

Игнас сделал несколько шагов. Огляделся в поиске другого выхода: возвращаться на лестницу было худшей идеей. Неприметную панель выдавала ручка – белоснежная, как и все в этом центре. Он приложил усилие, потянув дверь на себя, и не мешкая скользнул внутрь.

«Ты должен…»

Стены были покрыты светящимся ковром анимонов. Пол – черными плетьми побегов, влажными, слегка подрагивающими. Эти «щупальца» сходились к единому узлу в центре комнаты.

За прошедшие годы цветок стал больше – футов десять в диаметре как минимум. Бутон раскрылся, и края лепестков трепетали, осыпая изумрудную пыльцу. Где-то в глубине, в завязи, пульсировало сердце. Противоположной стены не было: корни уходили далеко за пределы лабораторной комнаты – вглубь, быть может, ниже фундамента комплекса, он мог лишь догадываться, насколько.

— Если ты Скорбь, – выговорил он хрипло, – тогда почему выбрала эту форму?

Сочетание прекрасного и ужасного рождало куда более сильный эффект, чем если бы Уяга была чудовищем – одним из тех, что предстают в мифах.

— Зачем ты забрала Черри?

Он приблизился; анимоны плясали вокруг. Хоть что-то было привычным.

Интересно, как скоро Голдсмит обнаружил Ее в недрах Пустоши и дал новый «дом»? Пытался вмешаться или просто наблюдал, позволяя Скорби быть? При всем интеллекте их отец был ограничен рамками мира. Он даже не представлял, что происходит за пределами A9-3. Не видел того, что видел Игнас, путешествуя между «зернами» единой Кукурузы.

Он и сам не помнил, откуда пришло сравнение. Поначалу оно казалось забавным, а после… Так было проще объяснять. Спрячь сложную идею в простую картинку – и тебя поймут.

Понимание – вот что важно.

Липа поняла его с первого слова, хотя ее родным языком был не английский. Ее уникальное свойство, аналогов которому он не встречал, пришлось бы кстати сейчас, но Игнас мог рассчитывать только на себя.

— Ответишь мне?

Ровный голос, без агрессии и обвинений. Гнев был заперт глубоко внутри.

Времени осталось мало. Счет шел на минуты – или секунды – до тех пор, пока Девятого не обнаружили.

Игнас усмехнулся. Ему любезно открыли дверь. Даже Сирены со вторым уровнем доступа вряд ли будут допущены в святую святых. Голдсмит пригласил его, решив провести очередной эксперимент и узнать, что будет. Как поведет себя Девятый в компании иномирной гостьи. И выживет ли после аудиенции.