Книга Хроники Дердейна. Трилогия, страница 108 – Джек Холбрук Вэнс

Саджарано положил в рот ломтик фрукта:

— Я внимательно оценил сложившуюся ситуацию и пришел к следующим выводам. Аноме остается правителем Шанта постольку, поскольку в его руках жизнь каждого гражданина страны, в то время как он сам никому не известен и не доступен. Таково положение Аноме по определению. Мое положение больше не соответствует этому определению – я ношу ошейник. Я не могу нести ответственность за государственную политику и за какие-либо действия, выходящие за пределы моих личных интересов. Короче говоря, я ничего не предлагаю.

— Ничего? Кто будет выполнять ваши повседневные обязанности?

— Я отрекаюсь и передаю их вам и вашей группе. Власть у вас в руках: вы несете бремя ответственности. – Заметив, как помрачнел Этцвейн, Саджарано рассмеялся: – По-вашему, я обязан прилагать истерические усилия, внедряя более чем сомнительную политику? Полнейший абсурд!

— Должен ли я понимать вас таким образом, что вы больше не считаете себя правителем страны?

— Совершенно верно. Человек Без Лица может действовать только при условии, что его никто не знает. Вы меня обнаружили. Я известен вам, Джурджине Ксиаллинен, другим членам вашей организации. Следовательно, я больше не способен выполнять функции Аноме.

— Кто же их будет выполнять?

Саджарано пожал плечами:

— Вы, ваш приятель Ифнесс, кто-нибудь еще из ваших сообщников. Повторяю: власть у вас в руках, вы несете бремя ответственности.

Этцвейн хмурился. К такому повороту событий он не приготовился. Он ожидал чего угодно – упрямства, угроз, презрения, гнева, но не пассивной, безвольной сдачи всех позиций. Саджарано отказывался от прерогатив с подозрительной легкостью. Этцвейн встревожился – наследник Сершанов значительно превосходил его в искусстве плести интриги и делать притворные уступки. Этцвейн осторожно спросил:

— Вы согласны с нами сотрудничать?

— Я буду выполнять приказы, безусловно.

— Прекрасно. Во-первых, необходимо объявить чрезвычайное положение по всей стране, сообщить во всеуслышание о существовании опасности и не оставить ни у кого никаких сомнений в том, что организуется широкомасштабное сопротивление.

Саджарано вежливо прокашлялся:

— Это несложно устроить. Учитывайте, однако, что Шант населяют не меньше тридцати миллионов человек. Если все они узнают о введении чрезвычайного положения, могут начаться волнения.

— Согласен, могут. Во-вторых, необходимо срочно эвакуировать женщин из всех кантонов, окружающих Хванские Дебри.

Стараясь не оскорбить собеседника, Саджарано, однако, покосился на него с недоумением:

— Эвакуировать – куда?

— В прибрежные районы.

Саджарано сжал маленький рот в розовый бутон:

— Это совсем не просто. Где они будут жить? Возьмут ли они с собой детей? Что станет с их жилищами, с повседневной работой? Вы говорите о двадцати, даже тридцати кантонах. Представляете ли вы, сколько там женщин?

— Именно поэтому их следует немедленно вывезти, – кивнул Этцвейн. – Если тысячи женщин забеременеют от рогушкоев, орда увеличится тысячекратно.

Саджарано повел плечами:

— Я упомянул о трудностях. Ими невозможно пренебрегать.

— Административные детали, – сказал Этцвейн.

— Кто будет ими заниматься? Я, вы, ваша группа? – Тон Саджарано становился покровительственным. – Планировать следует исходя из практических возможностей.