Книга Материнская плата, страница 56 – Софа Вернер

Женщина тоже меня заметила, но только громче охнула, схватившись за огромный живот чуть ниже пупка. Я взволнованно подалась вперед, но не поняла, чем могу помочь, и лишь коснулась её предплечья.

— Схватки?

— Хотелось бы, – грустно улыбнулась женщина. Я перехватила её уставший, но спокойный взгляд, и поняла, что она не старше тридцати. Осознав это, я не могла пошевелиться. – У меня только шестой месяц, – продолжила она, а я округлила глаза. Мне показалось, что её плановая дата родов уже вот-вот наступит.

— Надо же…

— Это тройня! – радостно пояснила она. – Я Руслана, кстати говоря.

— Угу, – я туповато кивнула, – Рада за вас.

Ужасно неискренне прозвучало, стоило подтянуть коммуникативный навык. Я уставилась в пол. Руслана оказалась не болтливой, хотя в любом фильме у угрюмой главной героини рано или поздно появлялась искромётная подружка. Мне предстояло ещё долго ждать свои результаты, а потому я попробовала снова:

— Не слышала о тройнях, наверное, с тридцатых.

— О да! – Руслана гордо кивнула. Она говорила бегло и выбирала простые слова, то и дело откидывала редкие русые волосы за плечи и поправляла кофту на животе, растягивая ткань. – Это самые новые технологии, как оно там называется… эм… нано-имплантация. Теперь всё очень просто, пшик – и всё! Сколько капсул, столько и малышей. Мне повезло, что я их вынашиваю, все трое мальчики, большая радость!

— Повезло?

— О да! Это мой третий раз, – она наклонилась ко мне и чуть понизила голос. – Я помогаю людям становиться счастливыми, понимаете? Высокопоставленные управители К-3 хотят иметь по трое детей, чем выше ранг – тем нужнее именно тройняшки. Это всё очень сложно, ну, не у каждой женщины получится. У меня тоже впервые получилось, до этого было по одному.

Я только с предпоследнего слова осознала, что Руслана говорила о суррогатном материнстве, которое запрещалось во всех странах, кроме нашей Федерации и Урала в частности. Она же помолчала немного, а потом, будто спохватившись, добавила:

— Это очень благое дело! Ну, это моя работа. Вот вы кем работаете? – она явно занервничала, и потому не дала мне ответить. – Не осуждайте меня. Это чудо. Родители очень ждут их в Гуанчжоу.

— Так в Китае это запрещено вроде… – промямлила я несмело. В Китае действительно не получилось бы продать ребёнка кому-нибудь, даже если бы захотелось. Я проверяла.

— О нет! – воскликнула она снова, как будто только через «о!» и могла общаться. – То есть да, но только китаянкам. Я считаю, что это неправильно, – Руслана, будто обороняясь, обвила руками живот. – Честные люди достойны, вот что я скажу. Это же дети почётных астронавтов, освободителей Луны, добытчиков Гелия-3. Разве они не заслуживают счастья? Они столько дали нашему миру!

Из-за её нажима я слегка отодвинулась, упершись руками в скамью. Руслана даже дышала патриотично, вот только выглядела как человеческое воплощение истощённого Урала, из которого выкачали ресурсы. Когда ядерный кризис был только страшилкой, а учёные всех стран бились в конвульсиях, пытаясь придумать безопасное решение для энергоснабжения, недра планеты проваливались ровно так же, как впали щёки этой измученной женщины.

— Да я поняла, вы героиня… – пробурчала я вежливо, почесав лоб. Ойкнула, затем глянула на кровь под ногтями.