Книга Спорим, ты сдашься первой?, страница 7 – Анна Измайлова

Очень быстро подняла обратно.

— Сейчас я скорее стратегически прикрыт, — сказал он.

— Воронцов.

— Ланская.

— Я серьезно.

— Я тоже. Полотенце держится крепко.

— Господи.

Я развернулась, чтобы уйти, но он вдруг сказал:

— Спокойной ночи, соседка.

Замерла на секунду, потом, не оборачиваясь, ответила:

— Надень штаны, сосед.

И сбежала в комнату, сразу же закрыла дверь на замок.

Потом подумала и подвинула к ней стул.

Потом поняла, что это уже истерика, и убрала стул обратно.

Легла в кровать, уставилась в потолок.

Снаружи было тихо. Где-то в трубах шумела вода. За стеной хлопнул шкаф. Потом шаги. Потом тишина.

Я натянула одеяло до подбородка. Первый день в новом кампусе.

Закрыла глаза.

Перед внутренним взором тут же возникли широкие плечи, мокрые волосы и эта наглая улыбка.

Резко открыла глаза.

— Нет, — прошептала я в темноту. — Даже не думай.

На второе утро совместной жизни с Артемом Воронцовым я проснулась с твердым намерением стать взрослым, спокойным и уравновешенным человеком.

То есть не убить соседа, задача выглядела амбициозно, но в целом выполнимо.

Я лежала на спине, смотрела в потолок и составляла план выживания.

Пункт первый: не реагировать на провокации.

Пункт второй: держать дистанцию.

Пункт третий: не думать о том, как вчера он вышел из ванной в одном полотенце.

Пункт четвертый: особенно не думать о том, как это полотенце держалось.

Я резко села на кровати.

— Так, — сказала я самой себе. — Это уже деградация.

За окном было серое утро. Во дворе кто-то громко смеялся, под окнами урчал грузовик с продуктами, а телефон показывал семь тридцать две.

Я отлично спала, что было подозрительно.

Обычно в новом месте я просыпалась каждые сорок минут, прислушивалась к чужим звукам, проверяла дверь и думала, не стоило ли все-таки взять с собой маленький перцовый баллончик, который Лера когда-то купила мне «на случай, если маньяк окажется не в моем вкусе».

Но сегодня я вырубилась почти сразу.

Наверное, сказалась усталость или пельмени... или моральное потрясение от мужского торса.

Нет.

Только усталость.

Я поднялась, накинула халат поверх домашней футболки, взяла полотенце и косметичку и осторожно приоткрыла дверь.

В коридоре было тихо.

Из комнаты Артема не доносилось ни звука.

Прекрасно.

Если повезет, он еще спит, а может ушел на тренировку. Или был похищен администрацией для опытов по коммуникации между направлениями.

Я проскользнула в ванную, заперлась и наконец позволила себе выдохнуть.

Горячий душ смыл остатки вчерашней нервотрепки. Вода стекала по шее, плечам, спине, а я медленно возвращалась к нормальному состоянию человека, у которого есть планы на день, дедлайны и полное отсутствие интереса к соседям-хоккеистам.

Сегодня нужно было заняться делами: забрать пропуск в лабораторию, встретиться с научным руководителем, купить новую ручку для чемодана, составить график уборки, заставить Воронцова подписать график уборки кровью.

Ну ладно, ручкой.

Я выключила воду, завернулась в полотенце, вытерла волосы и поняла, что допустила стратегическую ошибку. Одежду я оставила в комнате.

Спросони я совершенно про нее забыла.

В ванной со мной были только короткие домашние шорты, которые я машинально прихватила с полки, и мягкая майка на тонких бретелях.

Я посмотрела на них.