Книга Долгая дорога к тебе, страница 86 – Татьяна Рябинина

— Что не знаю.

— Тогда у меня есть базовое предложение. Для обсуждения.

— Излагай, — кивнула я.

— Даже если я оперативно разведусь, вместе мы жить пока не сможем.

— Ну это и ежику ясно. Начнем с того, что мы с тобой сейчас стартуем фактически с нуля, несмотря на богатый анамнез. И на зачетный секс. Я слишком старая, чтобы бросаться в такие авантюры — блудное сожительство с незнакомым мужиком.

Тим уставился на меня с вытаращенными глазами, пытаясь сообразить, стеб это или всерьез. Но на всякий случай осторожно рассмеялся.

— Ну где-то ты права, Даша. Тем более в быту я тот еще засранец.

— Что, такой прямо свин? — уточнила я. — Носки по углам раскидываешь, трусы носишь неделями, щетину оставляешь в раковине?

Я с подобным знакома была только понаслышке. Мысников скорее повесился бы, чем бросил где-то носок или забрызгал зубной пастой зеркало.

— Нет, — скривился Тим. — Не в этом смысле. Просто у меня есть привычки, с которыми другим людям трудно мириться.

— У всех есть свои привычки. Особенно когда люди взрослые. Но еще есть прекрасное озеро Чаубунагунгамауг.

Я страшно гордилась тем, что запомнила это название и могла произнести без запинки. Точно так же, как исландский вулкан Эйяфьядлайёкюдль, который когда-то был мемом.

— Чего? — Тим еще сильнее вытаращил глаза. — Какое озеро?

— Индейское. Почти как национальная индейская изба, которая фигвам. В переводе «ты ловишь рыбу на своей стороне, я ловлю рыбу на своей стороне, и никто не ловит рыбу посередине». То есть у тебя свои привычки, у меня свои привычки, и никакой войны из-за них. Но для этого с ними нужно познакомиться.

— Угу, — кивнул он. — Алиса, это пудинг, пудинг, это Алиса, унесите пудинг (Неточная цитата из книги Льюиса Кэрролла «Алиса в Зазеркалье» ). Но дело не только в привычках. У тебя ребенок, у меня ребенок. И то, что ребенки эти почти взрослые, дела не меняет. Ключевое слово — почти. Вряд ли ты захочешь, чтобы я перебрался к вам.

Слава тебе яйца, он сформулировал то, что никак не давалось мне. Бывает такое: все понимаешь, а сказать не можешь. Прямо как собачка.

— Не хочу, Тим.

— Поэтому вариант такой. В принципе, я его уже озвучил вчера. Ты не одобрила, но особо и не возражала, вроде.

— Тайное гнездо разврата? — хмыкнула я. — На быстренько перепихнуться?

— Можно и не быстренько, но в целом верно. Даш, послушай. — Тим взял меня за руку. — Развод у меня будет не самый быстрый и не самый приятный. В первую очередь из-за квартиры. Мы в нее вложились оба, продав свои. Я мог бы выкупить долю Румы, но она не согласится. А я не соглашусь продать ей свою.

— В горной речке утром рано утонули два барана.

— Пусть так, — вздохнул Тим. — Кстати, это был главный сдерживающий фактор до сих пор — квартира. Почему мы не развелись давным-давно. Но теперь он уже роли не играет. Значит, будет долгий, нудный раздел. Через суд, видимо.

— Через суд в любом случае, раз ребенок несовершеннолетний.

— Подводя итог. Развод идет своим чередом, мы встречаемся, привыкаем к привычкам, дети заканчивают школу, а там…

— А там будет видно, — перебила я. — Окей, снимай гнездо разврата.

— Так уже. И даже не очень далеко.

— С этого надо было начинать. — Я скорчила зверскую рожу. — А то мы тут сидим, бифштексы ждем.

— Можем с собой забрать, — предложил Тим.