Книга Долгая дорога к тебе, страница 7 – Татьяна Рябинина

Глава 3

Дарина

— С днюхой, Данка, — говорит Кулька, плюхаясь рядом со мной на лавку.

— Сколько можно ждать? — ворчу недовольно, уворачиваясь от поздравительных обнимашек: от нее пахнет приторными, как леденец, духами.

— Народу полон дом, никак не могла к Матрехе в сумку забраться. За паспортом. Как ни выйду в прихожую, обязательно кто-то тащится либо в сортир, либо на кухню. На, держи. Это мой.

Открываю, смотрю. Мартьянова Акулина Антоновна — и фотка кругломордой девчонки, абсолютно не похожей ни на меня, ни на нее.

— Куль, это точно ты? — спрашиваю со стебом.

— Не сомневайся, — отвечает она, выпятив губу. — Глянь, по-твоему, это Матрешка?

Заглядываю в другой паспорт и соглашаюсь: да, Мартьянова Матрона Антоновна на Кулькину сестру похожа еще меньше. Кто вообще все эти люди? Становится стремно.

— Слух, спалимся же.

— Да я тебя умоляю, Дан! Никто на свой паспорт не похож. Уж не знаю, как эти жопорукие фотают, но факт: все получаются крокодилами. И потом смотри, паспорт в четырнадцать получают, дети еще. За четыре года все меняются. Даже если проверят, кто на фотку будет смотреть? Только на дату рождения. Лучше скажи, как с бабосом? У меня не очень.

— Норм, — улыбаюсь довольно. — Папаша подкинул, так что гуляем. Если пустят.

— Да не каркай ты, ворона! — Кулька шлепает меня по плечу. — Все будет путем. Вот только видуха у тебя совершенно детская.

Она вытаскивает из кросс-боди маленькую косметичку и прямо тут, на лавке, не обращая ни на кого внимания, подводит мне глаза, красит ресницы и губы.

— Дай хоть глянуть! — Я отнимаю у нее пудреницу.

Из крохотного зеркала смотрит какое-то пугало. Хочу стереть, но Кулька бьет по рукам.

— Прекрати! Все отлично!

Едем в Union на Литейном. Она там уже бывала со своими старшими, уверяет, что круто. Я нигде не была, пытаюсь поверить на слово. Какой идиот придумал этот комендантский час? После одиннадцати вечера из дома без родителей нельзя, пока по башке не стукнет восемнадцать. Пришлось пообещать маме, что еще до одиннадцати буду дома. Соврала, конечно, не буду. Попадет — ну и ладно.

Приезжаем вовремя: очередь у входа стоит, но небольшая. Брони там нет, кто не успел — тот опоздал. Запускают по несколько человек. Кулька подозрений не вызывает, у меня фейсер требует паспорт. Стараюсь сделать независимый вид, вытаскиваю, открываю. Он смотрит и машет рукой: проходи.

Выдыхаю с облегчением — и правда прокатило. Внутри уже тесно, начался лайв. Какая-то группа голосит со сцены, народ в экстазе, скачут, подпевают. Я их не знаю, это Кулька прется от фолк-фьюжн, мне ближе поп и инди.

— Слушай, давай где-нибудь кости бросим, — прошу ее.

— Так… — Кулька оглядывается по сторонам с видом полководца на поле боя. — За стойку нам лучше не соваться. Столиков свободных, походу, нет. Раньше надо было приходить.

— Это ты мне говоришь про раньше? — возмущаюсь я.

— Тихо, не голоси. Ща кого-нибудь подвинем.

Схватив за руку, она тащит меня в угол, где за столом сидят два парня чуть постарше нас.

— Простите, можно к вам? — спрашивает церемонно, скалясь на все тридцать два зуба, или сколько там у нее.

— Пожалуйста, — не слишком приветливо отвечает один из них. Второй молчит, но поглядывает с интересом, сначала на Кульку, потом на меня.