Книга Право на любовь детектива, страница 24 – Екатерина Мордвинцева

Город, который всегда казался ей шумным, но дружелюбным, вдруг стал чужим и враждебным.

Оливия сидела на подоконнике, глядя на улицу, и думала о мастере Вейне. О его привычке ворчать по утрам, о его любви к вересковому чаю, о том, как он морщился, когда что-то в расчётах не сходилось. Маленькие детали, из которых складывалась их общая жизнь, теперь казались бесценными сокровищами, которые у неё отняли.

И ещё она думала о книгах.

У мастера была библиотека — не слишком большая, но ценная. Фолианты по артефакторике, редкие трактаты по теории магии, несколько книг по истории, которые он любил листать вечерами. И его рабочие тетради — десятки тетрадей с записями, расчётами, заметками на полях.

Для Оливии это были не просто книги. Это была память. Часть мастера, которая могла сохраниться.

Она не знала, что станет со всем этим теперь. Наследство? Но она даже не думала о деньгах — только о книгах. О тех страницах, которые мастер перелистывал своими руками, о тех пометках, которые оставлял на полях своим корявым почерком.

Она должна их забрать.

Должна.

Решение пришло внезапно и окончательно. Оливия слезла с подоконника, оделась, причесалась — впервые за три дня — и твёрдым шагом направилась к выходу.

Стражник у двери преградил ей путь:

— Мисс Тейперс, вам нельзя покидать дом без разрешения детектива.

— Тогда вызовите детектива, — спокойно ответила она. — Скажите, что у меня к нему срочное дело.

Стражник колебался, но что-то в её взгляде заставило его кивнуть и отправить посыльного.

* * *

Стивен явился через час.

Оливия ждала его в холле первого этажа, сидя на том же жёстком стуле, где три дня назад её допрашивал Эдвард. За это время она успела сто раз передумать, испугаться, разозлиться и снова успокоиться. Решение оставалось твёрдым.

Детектив вошёл быстрым шагом, плащ развевался за спиной, лицо было хмурым, как всегда. При виде Оливии он чуть притормозил — всего на секунду, но она заметила.

— Что случилось? — спросил он без предисловий. — Вам угрожают? Вы что-то вспомнили?

— Нет, — Оливия встала, чтобы не смотреть на него снизу вверх. — Я хочу забрать вещи мастера. Книги, дневники, рабочие тетради. Всё, что осталось от него в лаборатории.

Стивен смотрел на неё долго, изучающе. Потом коротко бросил:

— Нет.

— Почему? — Оливия ожидала отказа, но всё равно внутри кольнуло. — Это же моё наследство! Вы сами говорили про завещание!

— Лаборатория — место преступления, — отчеканил Стивен. — Там до сих пор работают эксперты. Ничего нельзя трогать до окончания следствия.

— А когда оно закончится?

— Не знаю.

— Месяц? Два? Полгода?

— Не знаю.

Оливия почувствовала, как внутри закипает злость. Три дня взаперти, три дня неизвестности, три дня страха — и этот человек даже не хочет её понять.

— Послушайте, детектив, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я понимаю, что у вас работа. Я понимаю, что лаборатория — место преступления. Но эти книги — всё, что у меня осталось от человека, который заменил мне семью. Я не прошу отдать их прямо сейчас. Я прошу разрешения просто... просто посмотреть на них. Убедиться, что они целы. Может быть, взять что-то, что не имеет отношения к делу. Личные записи, заметки...

— Все записи имеют отношение к делу, — перебил Стивен. — Особенно если убийца охотился за его работой.