Книга Мама. Жена. Истинная, страница 96 – Майя Эйлер

— Здравствуй, Макар, — здороваюсь первой.

Он кивает, делает шаг ко мне, смотрит на сына.

— Здравствуй, Рина. Привет… Мирон.

— Здравствуйте, — неожиданно ещё сильнее тушуется сын, стискивает мою ладонь до боли, но я терплю, боюсь напугать его. — А мама сказала… что вы… мой папа. Это правда?

— Правда, — голос Макара звучит сдавленно. — Я твой папа. Очень хотел с тобой познакомиться, — присаживается на корточки, чтобы быть с сыном на одном уровне. — Привет, — протягивает ему руку.

Мир кусает губы, смотрит на чужую ладонь, а потом начинает выпутывать свои пальчики из моей хватки, и я расслабляюсь, отпускаю его, выдыхаю.

— И я могу… называть тебя папой? — неожиданно спрашивает Мир. — Можно?

— Нужно, — я вижу, как дёргается кадык Макара, когда он сглатывает.

— Папа, — улыбается Мир и вдруг бросается на оборотня, обнимает его за шею и начинает громко шептать: — А я знал! Знал! Всегда знал, что ты есть. Мама о тебе не говорила, но я знаю, что это не потому, что ты нас бросил. Она всё сказала, что ты не виноват, но ты больше не пропадай, ладно? А то она раньше плакала, ей больно было, а мне плохо, когда маме больно. Ты ведь не будешь маме больно делать?

— Нет, конечно, — обнимая сына, Макар поднимает взгляд на меня.

И там было столько всего, что я невольно сжимаю кулаки и отступаю на шаг.

Обещание.

Горячее обещание будущей жизни, в которой он меня точно одну не оставит. Даже если я буду сопротивляться, это всего лишь отсрочит неизбежное.

— Мы со Светой живём, это моя сестра, но она не родная, у неё другой папа и другая мама. Но наша мама её себе забрала, чтобы дядя Володя не забрал, он нехороший. А ты Свете тоже папой станешь?

— Она уже взрослая, да у неё и свой папа есть, — чуть сильнее прижимает к себе сына Макар.

— Да, наверное, — задумчиво тянет Мир и начинает отстраняться от отца.

Я напрягаюсь, ожидая чего угодно. Моему мелкому шилу может прийти в голову абсолютно всё, и я опасаюсь, что очередная придумка разрушит хрупкое равновесие между нами.

— Ты хочешь меня о чём-то спросить? — неловко улыбается Макар. — Я вот хочу узнать, как ты жил без меня, что любишь? Любишь лес? У меня есть дом… То есть, не у меня, у твоих бабушки и дедушки. У них большой дом в лесу, в клановом посёлке, уверен, тебе бы там понравилось.

— Ух ты! У меня есть бабушка и дедушка? — оборачивается ко мне. — Мам, а мне ведь можно спросить? — хмурится, смотрит вопросительно, я улыбаюсь, пожимаю плечами, не понимая, почему он просит у меня разрешения. — Хорошо, — вновь оборачивается к отцу. — Пап, ты ведь не обидишься, если я спрошу? Мама разрешила!

— Я на тебя никогда не обижусь, — Макар в таком же недоумении.

— Хорошо! — расцветает сын. — Мама пообещала мне сестрёнку или братика, если ты согласишься! Можно? Вы с мамой сделаете мне братика?

Твою мать…

— Эм, — замирает Макар, смотрит на меня с удивлённой насмешкой. Словно задумал что-то. — Я-то, конечно, не против, но тут в первую очередь всё зависит от твоей мамы.

— Ма? — Мир выворачивается из объятий отца и смотрит на меня.

А я… У меня нет слов. Одновременно хочется ругаться и смеяться. Да, несерьёзно отнеслась я к словам сына, нужно было быть внимательнее. Я вздыхаю, улыбаюсь, пытаюсь отвлечь своего ребёнка.

— Мир, мы же не для этого сюда приехали, ты хотел с папой познакомиться. А братик… Ты ведь видел другие семьи, когда жил в клане или гулял на улице? Там папа и мама живут вместе, в одном доме, а мы живём отдельно и…