Книга Мама. Жена. Истинная, страница 94 – Майя Эйлер

— Нет!

— Ира, это глупо. Да, понимаю, ты на меня обижена, но это ведь мой внук. Единственный. У Элины нет детей, они с Макаром не торопятся радовать меня, а я хочу… понянчиться. Неужели ты лишишь меня такой возможности?

Я едва сдержала горький смех. Моя мать, которая выбросила меня из дома, которая восемь лет говорила всем, что её старшая дочь умерла, просит? Да такого просто не может быть! Я, наверное, сплю и вижу кошмар.

— Лишу. Я не хочу, чтобы ты возвращалась в мою жизнь после всего того, что вы сделали.

— А что мы сделали? Я просто хотела, чтобы Элина была счастлива! И раз уж у неё всё замечательно, то я хочу наладить отношения с тобой. Увидеть внука, познакомиться с твоим мужем…

— С моим мужем?

— Да. Линочка говорила, что ты богато живёшь, не нуждаешься… Это так?

— Так, но тебя это не касается. Мне хватает денег на меня и детей, а вот ты от меня ничего не получишь. Мама, я ведь просила у тебя о помощи, но ты сама вышвырнула меня из дома.

— Я погорячилась! — обрывает она меня. — Подумаешь, с кем не бывает.

— С нормальными родителями не бывает.

— Как была дурой, так и осталась! — бросает зло мать. — Я ведь хочу наладить отношения с тобой, увидеть твоего сына, показать, что у него есть семья. Ты знаешь, что Линочка скоро родит ребёнка?

Мне становится дурно, я открываю окно, впуская горячий летний воздух. Пусть, но он освежает, приносит хоть какое-то облегчение.

— Поздравляю её, — спокойно, нужно говорить спокойно и не нервничать. Незачем давать ей поводы для радости.

— Да, она рада, — не слишком восторженно произносит мать. — Макар, конечно, счастлив, но я бы очень хотела не выносить сор из избы, встретиться с тобой и внуком, с Линой, чтобы мы все вернулись к нормальным семейным отношениям. Понимаю, тебе будет тяжело, но сама подумай, намного легче всё решить вреди своих. Да и поддержка от семьи будет полезна. У тебя же полукровка сын, так? Мы окажем помощь…

Я слушаю её и не могу понять, чего она хочет. Путаюсь в паутине её слов. Она затягивает, говорит, говорит, говорит… И не выяснить, что кроется за этим. Меркантильность? Считает, что я могу её содержать, если вдруг Макар отвернётся от дорогой Линочки? Как-то узнала, что мой сын от Макара, и надеется, что сможет мной манипулировать. Или, что совсем невероятно, думает, что мы все станем большой дружной семьёй? Не слишком ли это глупо? Или я просто забыла о том, какая она на самом деле?

— Нет.

— Не отказывайся, Ира, подумай, что семья — это важно.

— У меня уже есть семья.

— Глупости! Маму никто не заменит.

— Что тебе надо? — устаю и спрашиваю прямо. — Просто скажи, чего ты сейчас от меня хочешь?

— Встретиться и поговорить. Давай завтра…

— Завтра не могу, у меня дела, — руки трясутся, сердце хочет выскочить из груди.

Давно забытый страх возвращается. Не хочу чувствовать себя беспомощной перед ней, но ничего не могу поделать. А ведь когда-то я безумно любила свою мать и сестру, а сейчас? Это не ненависть, скорее, брезгливость, осознание, насколько они ограниченные и глупые. Но это подсознательное, оставшееся, казалось, в прошлом, всё равно выползает на поверхность.

— Тогда послезавтра, — не умолкает мать. — Нам обязательно нужно с тобой встретиться! Я пришлю тебе свой новый адрес в сообщении.