Книга Олигарх и отчаянная разведенка, страница 93 – Арина Арская

— Так, девочки, — говорит он тихо, и его голос, такой знакомый и родной, успокаивает даже меня. — Ваша мама очень красивая. И… вы на неё невероятно похожи… И…

Он приобнимает Машу за плечико, собирается сказать что-то ещё, наверное, мудрое и утешительное, но Ира обрывает его задумчивую речь.

— Я знаю! — шепчет она Маше, её глаза сверкают озарением. — Я знаю, как мама очнётся!

Маша в ответ округляет глаза и подаётся к сестре, замирая в ожидании великого откровения.

— Она сильно захочет, чтобы дядя Костя её поцеловал, — таинственно вещает Ира, — и тогда она очнётся. Очнётся и… тогда трубка будет не нужна!

— Ого! — восклицает Машуня и прижимает ладошки к щекам. — Трубку вытащат, и тогда дядя Костя её сможет поцеловать!

Я вижу, как мой сын начинает медленно, но верно краснеть. Сначала розовеют его скулы, потом краска разливается по щекам, добирается до ушей, а затем начинает ползти и на лоб.

Маша, воодушевлённая словами сестры, разворачивается к матери и снова наклоняется.

— Мама! — опять громко, на всю палату, шепчет она. — Ты хочешь, чтобы тебя дядя Костя поцеловал?

Я с опаской перевожу взгляд на мониторы, окружающие кровать. На некоторых экранах ритмичные зелёные линии, мерцающие цифры… И вот, на одном из них, я замечаю…. кажется, ритм меняется. Он становится чуть чаще, активнее. Ровный писк аппарата тоже будто учащается, становится чуть громче.

Дениска тоже смотрит на экраны. Его брови ползут вверх. Он снова скрещивает руки на груди, но теперь его поза говорит не о презрении, а о научном интересе. Он переводит взгляд с мониторов на пунцового Костю и со строгой деловитостью заявляет:

— Так, дядя Костя. Мама хочет, чтобы ты её поцеловал.

Он прищуривается, оценивающе, и добавляет, скинув подбородок:

— Но девочки никогда так быстро не сдаются на поцелуи, — он снисходительно улыбается, будто разгадал все девочковые секреты. — Девочкам надо время, чтобы они согласились на поцелуй.

— Да ты что?.. — только это и может выдохнуть мой сын.

— Поэтому, — Дениска делает паузу для драматизма, — сначала ты должен нашу маму приручить.

— Приручить! — кивает Ира.

— И тогда она очнётся, чтобы ты её поцеловал! — восторженно восклицает Маша и от переизбытка чувств шлёпает моего бедного ошеломленного сына по щеке ладошкой.

Костя моргает, окончательно сбитый с толку. Я прикусываю губу, чтобы не рассмеяться. Рядом со мной слышу короткий, подавленный выдох — это Марк тоже пытается сдержать смех.

— Все, девочки, — командует Дениска, подходя к койке. Он берёт сестёр за руки, вынуждая их соскочить на пол. — Пойдёмте. Надо маму оставить с дядей Костей наедине. Чтобы он начал её приручать.

Он уводит их к двери. Все втроём они останавливаются на пороге и смотрят на нас с Марком. Дениска уже командует и нам:

— Пойдёмте. Нечего тут подсматривать.

— А я только хотела посмотреть, как правильно приручать девочек, — Марк хмыкает.

Он кидает на меня острый, быстрый взгляд — хитрый, оценивающий и заинтересованный.

Выходит из комнаты вместе с детьми.

Я остаюсь на секунду, глядя на Костю. Он сидит на краю кровати, его плечи напряжены, а взгляд прикован к бледному, восковому лицу Марины.

— Костя… — неуверенно начинаю я.

Сын переводит на меня задумчивый взгляд и тихо говорит:

— Я побуду с ней.