Книга Между ними. Тайфун, страница 6 – Мария Зайцева

Я надеюсь, что удача будет на моей стороне, и я его просто сейчас замечу.

На улице людей мало, снегопад усиливается, каждый на виду…

Дико хочется пить, хватаю горсть снега, умываюсь снова, топлю во рту до воды. Но жрать его — это не выход.

Иду, вглядываясь в темноту и метель.

Пусто.

Пусто.

Детская площадка.

Пусто.

Бабулька с сумками вдалеке.

Девчонка с длинной рыжей косой бежит куда-то.

Выперлась в такой снегопад, надо же…

Здесь чистят дороги куда хуже, и снега уже полно. Машины во дворах — вообще не различимы: сугробы и сугробы. Если так дальше пойдет, то скоро и их будет не различить. Ровная белая поверхность останется.

Идти непросто, но я, сука, упорный!

Пить только хочется…

Впереди мелькает свет. Магазин, что ли? Не закрылся еще?

Разворачиваюсь в ту сторону.

Сейчас куплю воды, а заодно порасспрашиваю про своего знакомца. Будущего.

Снег. Охереть, какой сильный снег.

Баро балвал, как говорила мама.

Я мало ее помню, ни фоток не осталось, ни вещей. Отец не простил. Ни ее, ни меня, так сильно на нее похожего.

Потому — ничего вещественного.

А вот память… Память — дело другое.

Одно из первых воспоминаний детства: я сижу у окна, а снаружи, словно дикий зверь, упорно и сильно ломится в комнату метель. Бьет так, что стекла дрожат.

Но мне не страшно: дома тепло, я сытый, и скоро Новый год.

Мама подходит ко мне, кладет руки на плечи, качает головой:

— Баро балвал… Сильный ветер…

Я поворачиваюсь, чтоб посмотреть в ее лицо. И вижу в темных беспокойных глазах тревогу и тоску.

Тогда я не понял причин этого.

Сейчас понимаю.

Сильный ветер… Сводит с ума, зовет, выматывает душу.

Маму, наверно, он и позвал. А она не устояла, ушла на зов.

Забыла про мужчину, которому клялась в верности, про сына, которого любила… Наверно, любила.

Мне хочется в это верить, несмотря ни на что.

Очередной порыв ветра бьет снежным кулаком в стекла дома, и мне на мгновение кажется, что тут есть кто-то еще, кроме меня.

Ежусь, настораживаясь.

Но тут же успокаиваюсь. Никого тут нет.

Хозяева, владельцы этого охрененного особняка, свалили праздновать Новый год на материк.

Возможно, даже в Москву. Далеко от нас, но на самолете… Я никогда не летал, но очень хочется. Возможно, после сегодняшней удачи, у меня появится такая возможность.

Надо только грамотно все сделать.

Прячу найденное в небольшую сумку на пояс, застегиваю куртку, поправляю балаклаву.

Теперь на выход.

Двор пересекаю по тому же пути, что сюда пришел. Легко запрыгиваю на забор, лечу вниз, мягко приземляюсь, оглядываюсь.

Из-за метели нихрена не видно.

Но вряд ли тут кто-то есть, сегодня тридцатое декабря, да еще и прогноз погоды такой, что все нормальные люди дома давно.

Только больные тут шариться будут. Ну, и я.

Но я не больной. У меня дело.

— …ция! Стоять!

А-а-а, бля!..

Нашелся-таки больной!

Какого хрена тут лазит?

Все это я думаю уже на бегу, развивая привычную бешеную скорость, перепрыгивая через препятствия и отфыркиваясь от снега, попадающего в рот и глаза.

По пути стягиваю балаклаву и зашвыриваю подальше. Снег все скроет, хрен найдут!

И меня снег скроет.

Петляю по знакомому маршруту к райончику, застроенному пятиэтажными хрущебами.

Тут у меня приятель живет, потому все понятно и близко. К Дэнчику я, само собой, бежать не планирую, он — парень со стажем, там искать будут в первую очередь, потому что все сидельцы на учете у полиции. А меня на учете нет.