Книга Мышкино чудо не тает, как снег, страница 8 – Одария Вербенова

— Задумалась просто, — отвечаю, быстро моргая, чтобы прогнать выступившую влагу.

— Ты бы хоть признаки жизни подавала, а то я уже боюсь, нет ли тут диких зверей, и стоит ли мне выходить наружу.

— Тут нет никого кроме нас, расслабься…

— Уединённое местечко, а?

— Так и есть.

— Почему ты здесь?

— Потому что ты меня сюда притащил, — усмехаюсь.

— Я не об этом. Почему ты живёшь тут?

— Мне здесь нравится, и я считаю этот лес своим домом.

Последовала минута молчания. Наконец, поскрипывая, открывается дверца туалета и оттуда выходит Фестер с таким задумчивым лицом, будто он там ребусы решал.

Он всё так же молча направляется к дому, а я иду следом, намеренно отставая на шаг. Мы подходим к входной двери, но вместо того, чтобы войти внутрь, Фестер усаживается на крыльцо, широко расставив ноги.

Так что проход теперь загорожен, и мне не остаётся ничего другого, кроме как тоже присесть рядом с ним на припорошенную снегом ступеньку.

Возле крыльца тоже установлен точно такой же фонарь, что и у туалета, так как света луны не всегда достаточно. Крыша над головой защищала бы нас от снега, если бы он шёл прямо, но он, словно забавляясь, вдруг полетел косо, как раз попадая на наши лица.

— И тебе не бывает одиноко? — возобновляет Фестер наш разговор.

— Совсем нет, — лгу я ему.

Снег продолжает усиливаться и уже падает крупными хлопьями, заставляя сугробы расти. С осторожностью поглядываю на мокрый от снега профиль Фестера. Волосы его уже тоже намокли и теперь липнут к щекам. Мне хочется протянуть руку и отодвинуть непослушные пряди с лица, но о чём я только думаю?

Как ни стараюсь одёрнуть себя и привести в чувство, а всё равно продолжаю глазами прожигать дыры на лице парня, что молча сидит рядом и смотрит вдаль.

Надеюсь, Фестер ничего не замечает.

— Ты похожа на снеговика, — заговаривает он снова.

— А ты на мокрую курицу, — не остаюсь в долгу.

— Только если курица сексуальная и аппетитная, — усмехается Фестер.

— Извращенец, — не зло отвечаю я.

— Кто извращенец? Ты сама сравнила меня с курицей, и кто знает, что было у тебя в голове в этот момент… А я говорю о ней, как о вкусном блюде, как о румяном нежном мясе с хрустящей корочкой, запечённом с овощами.

— Ты… — начала было я, но тут же замолкаю, передумав начинать споры с этим ненормальным.

— Ну ты и зануда! — вдруг весело крикнул Фестер.

Он хватает меня за руку и тянет вверх вместе с собой. Мгновение, и вот я уже оказываюсь опрокинутой на мягкую снежную подушку.

— Ты что творишь⁈ — разозлилась я, отмахиваясь от снега, что посыпался мне на лицо.

Попыталась встать, но парень, громко смеясь, успел навалиться на меня, и в результате борьбы мы вместе, словно бочка, катаемся по снегу, встречая на своем пути замерзшие сосновые шишки, больно впивающиеся в тело.

— Прекрати, мне холодно! — смеюсь.

— Сама прекрати!

Наконец, тяжело дыша от усталости, мы расцепляем объятия и переворачиваемся на спины, чтобы успокоить частое дыхание.

Жадно ловя ртом воздух и потирая ладонями места ушибов, я думаю о том, какой же Фестер всё-таки сумасшедший. Есть что-то дикое и необузданное в нём.

От этой мысли, или же от забившегося в рукава снега, я слегка вздрагиваю, чувствуя, как по моей коже разбегаются мурашки.

Постепенно наше дыхание становится тихим, и в этой тишине я незаметно для себя расслабляюсь. Снег ложится тонким слоем на нашу одежду и лица, но мы не смеем шевельнуться, словно боясь разрушить возникшую атмосферу покоя.