Книга Яшмовый Ульгень. За седьмой печатью. Серия «Приключения Руднева», страница 94 – Евгения Якушина

— Ну, если дело в этом, то я не смею вам отказать, молодой человек! Впрочем, я мало что знаю. С гвоздиками та же история, что и с лилиями: анонимный заказ, который забрал мальчишка. Сожалею, что не смог вам помочь!

Белецкий скорбно вздохнул.

— Вы очень нам помогли, – заверил цветовода Руднев, и добавил, указав на розы нежно-кремового цвета. – Отправьте этот букет вот по этому адресу.

Он написал на бумажке адрес девицы Лисицыной.

— Карточку изволите подписать? – цветовод подсунул Рудневу резной картонный прямоугольник с золоченой витиеватой рамочкой.

Дмитрий Николаевич на мгновенье замялся, а после решительно вписал имя и отдал карточку хозяину магазина.

Выйдя на улицу, Руднев дал волю веселью, поводов для которого у него до этого в последние дни как-то совсем не представлялось:

— Белецкий! Я и позабыл про твой артистический талант! – рассмеялся он. – Помнится, во время театральных вечеров, что матушка устраивала, ты обычно злодеев играл, но и незадачливый герой-любовник из тебя отлично получился!

— Таким образом мы гораздо быстрее ответа добились, – пожал плечами Белецкий и, хмыкнув, добавил: – Ну, уж я точно буду лучшим героем-любовником, чем вы, Дмитрий Николаевич. Вы вот зачем на карточке Никитиным подписались?

Руднев покраснел.

— Читать чужие личные записки неблагородно! – возмутился он.

— Да я и не читал, просто предположил. А что, угадал?

Дмитрий Николаевич открыл и закрыл рот, не находя достойного ответа, но тут его отвлекла вывеска на соседнем магазине.

Рядом с цветочным царством господина Буше находился книжный, на дверях которого значилось:

«Ираклий Семенович Вершинин, магистр эзотерических искусств. Книги мистического и религиозного содержания в продаже и с возвратом. Консультации и лекции по спиритизму и метафизике».

— Давай-ка зайдем, – предложил Руднев. – Может, господин Вершинин сможет проконсультировать нас по истории Яна Ван-Берзеньша.

На треньканье дверного колокольчика вышел почтенный благообразный человек лет пятидесяти с пышной седой шевелюрой и аккуратной бородкой, одет он был несколько старомодно, но очень импозантно.

— Чем могу быть полезным, господа? – спросил он приятным голосом, внимательно оглядывая посетителей. – Ищите что-то конкретное?

На этот раз Руднев решил взять роль переговорщика на себя:

— Я собираю материал о сектах и тайных сатанинских организациях, действующих в России за последние сто лет, – ответил он. – Есть ли у вас что-нибудь на эту тему?

— Вы пришли по адресу! Без ложной скромности должен вам сказать, что у вашего покорного слуги лучшая коллекция книг по теме российского дьяволопоклонничества. Есть даже уникальные издания! Извольте пройти к этой полке. Здесь и записки госпожи Ниведовой-Араксиной, и монография графа Расторгуева и многотомник Ипполита Ветрова.

Все эти имена Рудневу ничего не говорили, но магистр эзотерических искусств произносил их с таким восторгом, что Дмитрий Николаевич не посмел в этом признаться.

Пробираясь вслед за библиофилом среди читальных столов и тесно стоящих книжных стеллажей, он вдруг наткнулся взглядом на подборку книг по язычеству народов Сибири и заметил в ней несколько томов авторства Николая Львовича Руднева. Не удержавшись, он снял с полки одну из монографий отца.