Книга Яшмовый Ульгень. За седьмой печатью. Серия «Приключения Руднева», страница 83 – Евгения Якушина

— Ясно, – Руднев прервал излияния сторожа, не желая более выслушивать мерзостные подробности. – Что-нибудь подобное у вас ещё происходило?

— Так ведь это… После Рождества с могилы анжанера Кошкина венок спёрли. Ему за хорошую службу сам заводовладелец венок прислал, за три целковых аж!

Оставив сторожа приводить в порядок последний приют семьи Виноградовых, Руднев поспешно вернулся в церковь и рассказал отцу Алексею о своем открытии.

— Господи! Грех-то какой! – воскликнул тот. – Нужно проверить другие склепы. Возможно, они тоже подверглись осквернению. Пойдемте!

— Проверьте их без меня, – взмолился Руднев, – я подожду вас здесь, если позволите.

Однако полностью манкировать кладбищенскую ревизую Дмитрию Николаевичу не удалось. Спустя полчаса после ухода отца Алексея в церковь прибежал мальчишка-служка с горящими от возбуждения глазами.

— Барин! – звонко воскликнул он. – Там такое! – вспомнив о благопристойности, мальчишка торопливо перекрестился. – Отец Алексей просит вас прийти и посмотреть. Вы такого не видывали!

Отец Алексей ждал Руднева на дорожке.

— Идемте, Дмитрий Николаевич, это что-то несусветное! – взволновано проговорил настоятель, увлекая Руднева за собой.

— Ещё осквернённые склепы?

— Да, ещё три, все в старой части кладбища. Из них также пропали погребальная утварь и одеяния. Но я не за этим вас позвал.

По протоптанной в снегу тропинке они прошли через лабиринт могил и оказались у противоположной стены кладбища. Там среди густых зарослей высилась серая громада.

— Это усыпальница доктора Яна Ван-Берзеньша, ей около ста лет, – пояснил отец Алексей.

— Доктора медицины? Как-то уж слишком роскошно для врача, – заметил Руднев.

— Вы ничего не слышали про Яна Ван-Берзеньша?

— Нет. А кто он?

— Личность весьма занимательная. Прости господь его грешную душу! Он действительно был врачом, но также слыл чернокнижником и колдуном.

— Отчего же он в таком случае похоронен в освященной земле?

— Перед смертью грешник раскаялся и получил отпущение грехов. Он отрекся от своих безбожных убеждений, сжёг свои богомерзкие труды, и тогдашний настоятель дал разрешение на его похороны здесь, на Семеновском кладбище. Сперва это была простая скромна могила, но через несколько лет неизвестный благотворитель испросил разрешения выстроить для упокоения Яна Ван-Берзеньша склеп. Когда разрешение давали, никто проект, конечно, не смотрел, а потом уж поздно было перерешивать. Так вот он здесь и стоит с тех пор, умы неокрепшие смущает, – отец Алесей с чувством осенил себя крестным знамением.

К тому времени они подошли к склепу чернокнижника, и Руднев понял, почему настоятель помянул неокрепшие умы. Все сооружение было сплошь покрыто барельефами по сюжетам откровений Иоанна Богослова.

— Невероятно! – ахнул пораженный Дмитрий Николаевич. – Какая тонкая работа!

— Идемте внутрь. Мы там никого не потревожим, не беспокойтесь. Хозяина в нём нет, – позвал его настоятель, обходя склеп.

Дмитрий Николаевич проследовал за отцом Алексеем.

На распахнутой тяжелой каменной двери склепа были изображены семь ангелов с семью трубами. У двери стоял громко и бессвязно сокрушающийся сторож Прохор.

Немного замешкавшись, Руднев перешагнул порог усыпальницы. Несколько секунд глаза его привыкали к сумраку, наконец он смог различить окружавшую его обстановку.