Книга Лунный камень Сатапура, страница 76 – Суджата Масси

— И что это вы тут делаете все вместе? — поинтересовался Адитья, подходя и заглядывая в книгу. Первин подумала: похоже, он недоволен, что с ним не поделились планами на после ужина.

— Всего лишь читаем, — сказала Первин и улыбнулась, потому что обезьянка протянула руку и попыталась вырвать у нее книгу.

Адитья отобрал книги и стукнул Бандара по голове.

— Вот ведь глупый! Ты же не умеешь читать!

— Бандар, наверное, недоволен, что мы смотрим на других животных! — хихикнула Падмабаи, а обезьяна забралась обратно Адитье на плечо. — Адитья, ты бы купил Бандару шапочку для верховой езды, какую носит мистер Жаб.

— А в Сатапуре животные — которые живут за стенами дворца — тоже носят одежду? — спросил Джива Рао у Адитьи.

— Наше княжеское животное — тигр. Возможно, в лесу обитает княжеское тигриное семейство — и они носят одежду наших цветов! — Фигляр оскалил зубы, изображая свирепого тигра, и дети расхохотались.

На лице Мирабаи не было ни тени улыбки, и Первин подумала: она, видимо, вспоминает, какой смертью умер ее старший сын. Наверное, каждый раз, когда ее второго сына называли придуманным именем, ей делалось больно.

— В следующий раз, как поедешь через лес, ищи там животных в одежде, — приказал Адитье Джива Рао. — Можешь взять у раджматы бинокль.

— Она мне его не даст. Все высматривает из старого дворца чужаков. — Адитья приставил к глазам воображаемый бинокль и поджал губы, очень точно подражая сердитому виду вдовствующей махарани. Дети опять рассмеялись, Мирабаи же нахмурилась сильнее прежнего.

— А может, она высматривает еще и дядюшку Сварупа! Он всегда привозит такие замечательные подарки! — воскликнула Падмабаи, бросив быстрый взгляд на мать. Потом княжна подошла к ней поближе, и Мирабаи ответила ласковой улыбкой.

— Вы, наверное, часто видитесь с дядюшкой, — предположила Первин. Еще бы, он же премьер-министр.

— Очень часто. У него нет своих детей, поэтому он нас очень любит. — В голосе Дживы Рао зазвенели счастливые нотки.

— Может, кто и называет это любовью. Только не я. — Голос Мирабаи прозвучал зловеще.

Каковы, по мнению Мирабаи, были побуждения ее деверя? После ее загадочного замечания, явно предназначавшегося для ушей Первин, Джива Рао и Падмабаи сразу понурились.

Первин обрадовалась, когда шут прервал молчание. Он жизнерадостно произнес:

— А не пора ли закрыть книги? Я пришел проводить махараджу и раджкумари в детскую.

— Вы им не айя. Это не ваша обязанность, — ответила Мирабаи, гладя дочку по голове.

Первин догадалась: махарани хочет, чтобы дети еще побыли с ней.

— Мне это поручила раджмата. — Шут с виноватым видом повесил голову. — И, как вы знаете, она будет следить с галереи старого дворца, когда в детской погаснет свет.

— Ну, тогда нужно идти. Завтра сможете еще почитать с Первин-мемсагиб. — Мирабаи повернулась к Первин. — А еще вы посмотрите, как мистер Басу проводит с ними свои жалкие уроки.

— В какое время у них начинаются занятия? — спросила Первин, отметив про себя, что Мирабаи послушалась указаний свекрови касательно детей, хотя той с ними и не было.

Мирабаи пожала плечами.

— Ну, после завтрака.

— Если не будет дождя, я вместо этого пойду пускать змея. И вам всем покажу, — великодушно сообщил Джива Рао.

— С удовольствием посмотрю. — Первин глянула на него с улыбкой. У нее постепенно складывался образ того подлинного мальчика, который обитал за золотым шитьем щегольского костюмчика. Любит животных и прогулки; ему тяжело даются формальности и ограничения, соблюдения которых требуют от него старшие.