Книга Принц в Бомбее, страница 142 – Суджата Масси

Первин показалось, что она ослышалась:

— Но пятьсот рупий – это гораздо больше, чем плата за год обучения.

— Да. Мы, однако, хотим дать понять, что очень сочувствуем их утрате.

— Очень щедро с вашей стороны. Но почему вы считаете, что передать деньги должна я? – Первин вгляделась Атертону в лицо, гадая, что стоит за его предложением. Колледж боится каких-то обвинений? Возможно, Атертон, как и она, имеет некие подозрения в адрес мистера Грейди.

— Доверить такую сумму рассыльному мы не можем. Если я сам отправлюсь к ним домой – а они, насколько мне известно, живут в индийском квартале, – могут возникнуть сложности. – Атертон положил конверт на чайный поднос, стоявший между ними. – Вы их адвокат и, по словам мисс Хобсон-Джонс, юрист с безупречной деловой репутацией.

Хотя Первин больше не являлась адвокатом родных Френи, это не значило, что она не может отнести им письмо. А заодно и сказать, что в их воле отказаться от денег. Никакая предусмотрительность не бывает лишней, когда предстоит расследовать дело об убийстве.

— Я все им отнесу, но не могу обещать, что они возьмут деньги, поскольку могут подумать, что колледж пытается купить их молчание.

— Никоим образом. – Атертон покачал головой, но при этом нервно сжимал и разжимал кулаки, а кроме того, от него вдруг пахнуло потом.

Первин подчеркнуто произнесла:

— Удивительно, что вы пришли без своего юриста, мистера Джонсона.

— Мисс Хобсон-Джонс очень похвально о вас отзывалась, – ответил, нервически ерзая в кресле, Атертон. – Именно поэтому я пришел к вам.

Первин подумала: может, он считает, что женщину провести проще, чем мужчину? А потом ее посетила вторая мысль: что, если эта выплата – вовсе не от лица попечительского совета? Возможно, именно поэтому ректор и явился без юриста, поэтому так нервничает.

Если предложить Каттингмастерам денег решил сам мистер Атертон, ему пришлось их где-то добыть самостоятельно. А несколько дней назад исчезли пятьсот двадцать рупий. Первин с Элис пришли к выводу, что деньги пропали в день смерти Френи, – но ведь это могло произойти и позднее, между вечером четверга и утром субботы.

Первин изобразила на лице озабоченность:

— Жаль, что мистер Гупта не пришел с вами. Наверняка вам было непросто самостоятельно отыскать нашу контору.

— Гупта не имеет к попечительскому совету никакого отношения. Почему вы о нем заговорили? Что-то слышали от мисс Хобсон-Джонс? – Он бросил на нее укоряющий взгляд.

Элис говорила, что Атертон предложил ей стать деканом по работе со студентами вместо Гупты. Но обсуждать это Первин не имела права, как не имела права сказать, что знает о похищении денег.

— У меня просто сложилось впечатление, что он вам очень полезен.

— Преподает, как и все остальные. – Атертон указал на конверт, так и лежавший на столе. – Вскройте, пожалуйста. Убедитесь, что я правильно сосчитал. Я все еще путаюсь в индийских деньгах.

Первин вскрыла конверт. Сложенное письмо читать не стала, вытащила только банкноты – в основном по десять и двадцать рупий. Сумма сошлась.

— Да, я могу сделать попечительскому совету такое одолжение. – Первин вдруг сообразила, что Атертон даже не предложил заплатить за ее труд, ей же было неловко поднимать этот вопрос. А вот вписать это в реестр рабочих часов придется – в свете уголовного расследования. – Сейчас спрячу деньги и напишу расписку.