Книга Хозяйка дома Бхатия, страница 134 – Суджата Масси

Первин отвела взгляд от их выжидательных лиц. Представить, что она сидит за одним столом с чванливой матерью Элис, Сереной Прескотт и Мадлен Стоув и вырабатывает какую-то общую стратегию? Не удастся ей скрыть свое презрение – и, кстати, чувство это будет обоюдным.

Кроме того, она опасалась: Гюльназ решит, что ее намеренно оттеснили в сторону. Тут мысли Первин вернулись к Гюльназ: знает ли та, что Хуши проводит ночи совсем рядом с Первин?

— Я пока не могу дать своего согласия, но очень признательна за веру в мои силы, – осторожно произнесла Первин; миссис Пенкар бросила на дочь разочарованный взгляд. – Но я обязательно об этом подумаю. А теперь, если вы не против, мне нужно задать несколько вопросов – я за этим и приехала.

— Да, вы говорили об этом по телефону! – вспомнила миссис Пенкар, вставая с места и собирая пустые чашки и блюдца. – Оставлю вас наедине.

Когда они остались вдвоем, Мириам пояснила:

— Мама знает, что вы мой юрист. Но я не сообщала ей никаких подробностей.

— Я с ней ничего не обсуждала, – заверила собеседницу Первин. – Есть какие-то новости из полиции?

— Пока нет. – Мириам передернуло. – Но договор на ваши услуги я вам отправила – вы его получили?

— Да, спасибо. Он пришел вчера днем, я приобщила его к документам. – Первин заколебалась, гадая, стоит ли рассказывать о том, что она делала в понедельник. – Мне сообщили одну вещь, которая пока еще не оглашена публично, так что, пожалуйста, ни с кем этим не делитесь. По результатам вскрытия сэр Дварканатх скончался от отравления ацетатом свинца.

Мириам долго молчала. Потом наконец произнесла:

— Как я могла это просмотреть?

Первин попыталась ее успокоить:

— Симптомы, наверное, схожи с симптомами пищевого отравления?

— Отчасти да – но я должна была вглядеться внимательнее. – Мириам покусала губу. – Полицейские могут прийти к выводу, что я намеренно поставила неверный диагноз. В этом случае я буду считаться пособницей убийцы?

— Нет, – решительно возразила Первин. – Вы ничем не содействовали отравителю – да может, его и вовсе не существует! Сэр Дварканатх мог случайно проглотить эту отраву у себя на фабрике в Кальбадеви.

— Какая связь между камнем и свинцом? – удивилась Мириам. – Свинец и его производные встречаются на строительной площадке. Но вряд ли он в своем возрасте стал бы посещать такие места, правда?

Первин была с этим согласна. Скорее всего, сэр Дварканатх проглотил свинец, сам того не ведая.

— Скажите, а есть какие-то новости касательно Сунанды? Как идет процесс заживления?

Первин только сейчас сообразила, что не рассказала Мириам про невзгоды Сунанды. Постаралась сформулировать все кратко:

— К сожалению, она снова в камере в участке Гамдеви. Серебряную мазь я ей туда отнесла.

— Мне казалось, ее выпустили под залог. Ей выдвинуто еще одно обвинение? – Мириам пристально посмотрела на Первин.

— Она по незнанию нарушила одно из условий освобождения под залог.

Мириам сощурилась:

— Как это произошло?

Первин вспомнила про свои обязательства в отношении Сунанды – и про то, как все может осложниться в случае, если Сунанду или Мириам вызовут в суд.

— Я не могу об этом распространяться – за пределами того, что известно широкой публике. Простите меня.

— Да, у нас у обеих есть профессиональная этика. – Мириам распрямилась. – Если вы не возражаете, я позвоню в участок и поговорю с тюремным врачом. Он должен знать, что при таких ожогах отсутствие должного лечения может привести к смертельному исходу.