Книга Дерзкий Уайлдер, страница 116 – Ребекка Яррос

Я хотела его всем своим существом, каждой клеточкой тела.

Он был воплощением всех моих самых смелых фантазий. Всех пресловутых «плохих парней», от которых меня предостерегали. Всех спортсменов, которыми я восхищалась. Всех первых школьных красавчиков и хулиганов. Он был недосягаемым небожителем, ответом на каждое любовное письмо, которых мне никто не писал, и единственным лекарством от боли, что неуклонно росла у меня в животе. И по какой-то непостижимой причине Пакстон Уайлдер смотрел на меня с такой жадностью, словно хотел меня съесть.

— Лия? — Он поднял руки над головой и ухватился за дверной косяк.

Все мышцы у него на животе напряглись. Все. До. Единой.

Он вообще человек?

— Огонек, все в порядке?

Я кивнула, пытаясь обрести утраченный голос.

— Я просто хотела тебя увидеть.

— Хорошо, — сказал Пакстон, но не сдвинулся с места.

— Я хотела… — Я покачала головой. — Вчера вечером ты меня поцеловал.

Он широко улыбнулся:

— Да, и сегодня утром. Я планирую делать это почаще.

Я продолжала теребить бандану в руках.

— И это все? Ничего больше?

— Тебя это тревожит? Я поселился с тобой в одной комнате не ради секса, Лия. Я хочу быть с тобой вовсе не для того, чтобы трахаться. — Его лицо напряглось.

— Нет, я сейчас не об этом. — Ну почему все так сложно?! — Просто мне интересно: тебе самому хочется чего-то большего, чем поцелуи?

— А тебе?

Его голос звучал так спокойно, а у меня внутри все буквально рвалось на куски. И как это назвать? Он даже не отошел от двери. Я уже начала сомневаться в себе.

— Только если тебе самому этого хочется.

Он уставился на меня, округлив глаза.

— Если мне этого хочется? Ты шутишь? Воспоминания о твоем теле проносятся у меня в голове примерно каждые пятнадцать секунд. Можешь не сомневаться.

— Но ты даже ко мне не подходишь. — Я попыталась сглотнуть комок, вставший в горле, но тот не сдвинулся с места.

Его руки опять напряглись, словно он еще крепче вцепился в дверной косяк.

— Не подхожу, потому что не доверяю себе. Если я подойду, то уже не удержусь и начну сразу тебя раздевать.

Я не знала, что на это сказать.

— Если ты говоришь, что готова, мне нужно, чтобы ты была уверена на сто процентов, Лия. Потому что я хочу тебя с той минуты, как впервые увидел на балконе, и ты даже не представляешь, сколько мне потребовалось сил, чтобы сдержаться. Ты не представляешь, что ты со мной делаешь, сколько мне требуется самообладания, чтобы на тебя не давить.

— Э-э-э… — Гигантский ком в горле сполз ниже, застряв в желудке, и внутри у меня все вскипело.

— Это все, что ты скажешь? — спросил Пакстон.

Я сомневалась, что сумею хоть что-то сказать. Все мои мозговые клетки пытались сформировать связную мысль, но пока получалось только: быстрее, быстрее.

Его взгляд упал на мои руки, теребившие бандану.

Красную бандану.

Это был не флаг, но будем считать, что да. Я подняла руку и дважды взмахнула банданой, а потом бросила ее на пол. Глаза Пакстона потемнели, и я удивилась, что он не выломал дверной косяк, — так сильно напряглись его руки.

— Скажи словами. Мне надо это услышать. Между нами не должно быть никакого недопонимания, никогда.

Все мое тело так и гудело, а ведь он еще даже не прикоснулся ко мне.

— Я тебя хочу, Пакстон.

Он медленно опустил руки и подошел ко мне, не сводя с меня глаз. Я не сдвинулась с места, мое сердце колотилось сильнее с каждым его шагом, словно в моем теле включился радар на Пакстона и теперь издавал сладчайшие сигналы тревоги.