Книга Мачеха под ключ. Праздник с доставкой для сирот, страница 20 – Алекс Ривер

Что ж, пусть доказывает себе свою пресловутую мужественность, а я вернусь к готовке. Обжаривая овощи на куске старого сала, я думала о том, что еще предстоит сделать, и невольно вспоминала свои ощущения от усадьбы, которую исследовала в течение дня.

Чем дольше я находилась в этом доме, тем отчетливее ощущала его… настроение. Это было не просто старинное здание в запустении. Оно было как будто больным. Кабинет Кассиана, куда я заглянула второй раз перед уборкой в комнатах, навевал тоску. Воздух там был спертый, несмотря на открытое окно, и в голову сами лезли мрачные мысли о бесполезности любых усилий. Детская, куда я осторожно зашла позже, отдавала тревогой, зудящей, как комариный писк на грани слуха. Даже кухня, несмотря на утреннюю суету, хранила в углах ощущение безнадежного уныния.

И только когда я, стиснув зубы, взяла ведро с водой и тряпку и начала отмывать кухонный стол, счищая многолетние слои грязи, что-то изменилось. Не сразу и не все. Но после того, как я почистила стол и выкинула в окошко гору старого хлама, в кухне стало… светлее. Не только из-за чуть более чистого окна, которое я наскоро протерла. Просто как будто стало легче дышать, хотя такое часто бывает, когда убираешь грязь и пыль. Я улыбнулась, помешивая шкворчащие овощи, и почувствовала странное удовлетворение, будто не просто прибралась в доме, а немного залатала дыру в реальности этого места.

Через полчаса я все-таки не выдержала и собиралась выйти проверить как там Тобиас, тем более что звуков ударов больше не было слышно, но он сам появился на кухне. Весь в щепках, с покрасневшим лицом и прилипшими ко лбу волосами, в сырой насквозь рубахе, но целый. В руках он нес охапку неаккуратных поленьев, разных по размеру и с неровными краями. Но, какими бы они ни были, это были дрова. Парень действительно справился.

— Вот, — бросил он их у порога.

— Спасибо, — сказала я, кивнув. — Сложи у печи и садись отдохни. Позже помоешься и переоденешься. Надеюсь, есть во что?

Он поморщился, но кивнул и сел на табурет в углу, тяжело дыша. В его позе одновременно читались усталость и гордость — он сделал это! Доказал, что он мужчина, и показал всем нам, что он может. Я отвернулась, чтобы скрыть улыбку. Пусть думает, что победил, главное, что все конечности на месте. В какой-то момент, наблюдая за ним, я вдруг заметила, что мальчик с удивлением разглядывает свои ладони. Поэтому подошла и протянула руку.

— Дай посмотреть.

— Не надо!

— Тобиас, — сказала я спокойно, но так, чтобы было понятно: спор бесполезен. — Если ты повредишь руку, мне придется тратить последние деньги на врача, и вместо помощника у меня на руках будет больной ребенок. Это неразумно. Покажи.

Он молча показал ладони — они были красными, с парой водяных мозолей. Неприятно и наверняка болезненно, но не критичного. Хотя обработать как-нибудь стоило, иначе он и ложку нормально держать не сможет пару дней. Вот только чем?

— Есть в доме какие-нибудь… лечебные мази?

— Подождет, — буркнул он.

— Ну нет! — травмы я всегда старалась пресечь на корню. — Так не пойдет.

Он отвернулся, и я вдруг поняла, что он… умалчивает, что нет никакой мази. «Он что, скрывает от меня бедственное положение семьи?! А смысл? Хотя… какая разница! Надо разбираться с тем, что есть.»