Книга Мачеха под ключ. Праздник с доставкой для сирот, страница 21 – Алекс Ривер

— Сейчас.

Я нашла относительно чистый лоскут, намочила его холодной водой из ведра и отжала.

— Держи, — протянула я Тобиасу мокрую тряпку. — Приложи к рукам, холод немного поможет. И брось эту героику. Неумение работать топором — не позор. Этому можно научиться, и ты это сегодня доказал. А сидеть с распухшими руками и делать вид, что все в порядке — глупо. Вечером покажешь еще раз, сделаем компресс, если нужно.

Он молча взял тряпку и прижал к горящим ладоням. В его глазах боролись злость, стыд и недоверие.

— Зачем тебе это? — спросил он наконец, не глядя на меня.

— Что именно?

— Все это. Убираться. Кормить нас. Сейчас вот… — он мотнул головой в сторону тряпки.

— Потому что голодные и травмированные дети — это дополнительные проблемы, которые мне сейчас абсолютно не нужны, — честно ответила я. — И пока я здесь, я буду наводить и поддерживать порядок в этом доме. А вы — часть этого дома, и я не собираюсь позволять этой части… «портиться» из-за глупой гордости. Понятно?

Он что-то промычал в ответ, что я истолковала как согласие.

Обед — жидкую похлебку с луком, морепой и щепоткой муки, с утренними лепешками, — мы ели в тишине, хотя напряжение немного спало. После еды я объявила следующий этап.

— Теперь помоем столовую и кухню. Лилли, ты мне поможешь здесь. Оскар, можешь пойти в сад, поискать еще каких-нибудь... полезных растений. Тобиас, иди обработай руки и можешь быть свободен.

— Я помогу, — неожиданно сказал он.

Я посмотрела на него с удивлением.

— С уборкой? Я думала, это не мужское дело.

Он покраснел, но упрямо сжал губы.

— Дрова я наколол. Теперь могу и... с тряпкой. Чтобы было не обидно Лилли.

Возможно, это была неловкая попытка примирения, или он просто хотел доказать, что может все, но я не стала отказываться.

— Хорошо. Тогда бери ведро с водой, начнем со столовой.

Мы работали почти час. Я мыла полки и окна, Лилли вытирала пыль там, где дотягивалась, а Тобиас, с остервенением, и периодически шипя от боли, отдраивал пол. Вдруг Лилли вскрикнула. Она стояла перед комодом, где только что вытерла пыль, и указывала на стену дрожащим пальцем.

— Смотрите!

На обоях проступало пятно. Оно медленно меняло форму, и в его разводах угадывалось лицо. Искаженное, злое, похожее на Кассиана, но не совсем. Оно будто плавало под поверхностью обоев, пытаясь проступить наружу. От него веяло какой-то жуть, так, что у меня по спине побежали мурашки.

Тобиас замер, бросив тряпку. Он стоял, сжав кулаки, и смотрел на пятно с таким ужасом и ненавистью, что стало понятно — это его личный полтергейст.

— Прекрати, — прошептал он непонятно кому.

— Я ничего не делаю! — испуганно сказала Лилли.

Пятно дрогнуло, стало еще четче, и на секунду я действительно увидела в его чертах сходство с Кассианом — тот же жестокий изгиб рта, тот же холодный взгляд. Потом оно резко расплылось и исчезло, оставив после себя лишь чуть более темный, влажный участок обоев.

В комнате повисла тягостная тишина.

— Объясни, — тихо сказала я Тобиасу. — Что это было?

Он не отвечал, глядя в пол. Щеки его горели. Ответила Лилли:

— Это Тоби. Когда он сильно боится или злится, иногда на стенах появляются… лица. Они не настоящие. Но мокрые. Как отражение в луже.

Иллюзии? Или какие-то персональные призраки? Значит, дождь Лилли — не единственная странность. У всех троих было что-то... особенное. Замечательно! Теперь еще и магия на мою голову! И моя задача теперь — не только выжить и накормить этих детей, но и как-то уживаться с их чудесными проявлениями.