Книга Мачеха под ключ. Праздник с доставкой для сирот, страница 13 – Алекс Ривер

— Но сейчас ночь, а там темно!

— Возьми лампу и иди. Мы и свечами обойдемся.

Он хотел было возразить, но встретил мой взгляд — тот, которым я обычно останавливала зарвавшихся подрядчиков. Взгляд, не терпящий возражений, сдавленно выдохнул, схватил лампу и вышел через черный ход, хлопнув дверью.

— А вы двое, — перевела я взгляд на Лилли и Оскара, и все-таки смягчила тон, чтобы не пугать голодных детей. — Будете помогать мне. Лилли, возьми какую-нибудь ненужную тряпку и оботри горшок с медом — эту плесень нужно выбросить. Оскар, подай, пожалуйста… вон те дрова. Маленькие поленца, которые сможешь унести.

Они смотрели на меня, будто я говорила на неизвестном языке. Видимо, Лора никогда не привлекала их к работе. Хотя, судя по обрывкам ее памяти, и сама она не особенно работала. Их бы в рабочий квартал, в двухкомнатную хрущевку с пьющим отцом, посмотрела бы я… Но тут я вдруг поняла, что их жизнь, несмотря на отсутствие ручного труда, и без того не сахар. А скорее всего, даже хуже моей, проведенной в хрущевке.

— Быстрей-быстрей! — Я похлопала в ладоши, чтобы пробудить их от спячки разума. Дети синхронно вздрогнули и засуетились.

Миссис Поттс всхрапнула во сне и что-то забормотала. Да уж, впервые вижу настолько бесполезного работника.

Пока Тобиас таскал воду (вернулся он мокрый, злой и молчаливый), а младшие выполняли поручения, я занялась мукой. Просеяла ее три раза, пока не убедилась, что крупный мусор удален. Потом высыпала тонким слоем на сухую сковороду и начала прокаливать на слабом огне, который с трудом удалось разжечь в печи с помощью горсти щепок от Оскара. Пахло, конечно, не ахти, но запах гнили и мышей постепенно выветрился, сменившись просто запахом горячей муки.

Сушеные яблоки я поручила Лилли и Оскару обмыть в единственном тазу с водой. У Лилли это получалось медленно, а Оскар больше мешал, но я не вмешивалась. Главное, они были заняты. Нарезать сухофрукты я им не доверила, потому что пластыря здесь наверняка еще не изобрели, а лечить порезы местными средствами я была не готова.

Когда мука приобрела бежевый оттенок, я замесила тесто на воде, добавив в него ложечку меда для сладости. Тесто вышло крутым, неэластичным. Я раскатала его пальцами в лепешки и начала печь на сковороде. Первая парочка пригорела. Вторая — вышла съедобной. К третьей я уже приноровилась. Все-таки опыт не самого сытого детства и необходимости помогать пашущей на двух работах матери, давали о себе знать даже спустя много лет и сытую жизнь успешной бизнес-леди.

Запах горячих лепешек и тушеных яблок (я бросила порезанные яблоки на сковороду с ложкой того же меда) начал наполнять кухню. Это был запах простой, бедной, но все же еды. Я заметила, как Лилли и Оскар украдкой сглатывают слюну. Тобиас сидел в углу, делая вид, что ему все равно, но его взгляд тоже периодически цеплялся за сковороду.

Когда я выложила первую порцию лепешек с яблочной начинкой на тарелку, за окном уже рассвело. А в кухне воцарилась тишина, нарушаемая только потрескиванием огня и храпом миссис Поттс.

— Ну что, — сказала я, отодвигая тарелку на середину стола. — Кто тут голоден?

Оскар сделал шаг вперед, но Тобиас резко дернул его за рубашку.

— Не трогай. Это может быть отравлено.

«Интересно, когда бы я успела у них на глазах?»