Книга Развод в 45. Мой бывший - дракон?, страница 49 – Алекс Ривер

От этих слов, произнесенных абсолютно спокойно, стало физически холодно. Она говорила о браке как о разведывательной операции. О муже как о цели для ликвидации. Это было циничнее и страшнее, чем все, с чем приходилось сталкиваться в прошлой жизни. Даже холодный расчет Соколова при разводе казался детской игрой по сравнению с этим.

— Ты предлагаешь мне стать… убийцей? В собственной спальне? — я почувствовала, как подступает тошнота.

— Я предлагаю тебе стать оружием возмездия для тех, кто верит в тебя. Ты перестанешь быть просто символом сопротивления, который держат взаперти где-то на окраине. Ты станешь его главным действующим лицом. В самом сердце вражеского лагеря.

Я вскочила с кресла, не в силах усидеть на месте. Тяжелое платье вдруг снова показалось невыносимой тяжестью.

— А мое согласие тебя вообще интересует? Или это тоже лишь вопрос дисциплины и долга? — голос сорвался, выдавая накопившуюся усталость и гнев.

Изабелла взглянула на меня с тем выражением, каким смотрят на капризного ребенка, не понимающего очевидных вещей.

— Твое согласие, моя дорогая, в данной ситуации является желательным, но не обязательным. Предложение исходит от самого могущественного человека в стране. Отказ будет расценен как открытый вызов. Со всеми вытекающими последствиями. Для тебя. Для меня. Для всех, кто нам доверился.

Она сделала паузу, давая этим словам просочиться в сознание, как яд.

— Вспомни историю Лианоры Коветанской. Она, как и ты, выданная замуж за врага ее народа, происходила из знатного рода. Поначалу ее сочли предательницей. Но изнутри она смогла подорвать его власть, передавая сведения своим людям, спасая жизни и назначая сторонников свержения на важные должности. В итоге ее стали почитать как святую. Выйдя замуж за врага, она не перестала быть символом. Она стала им в тысячу раз сильнее.

История, вероятно, должна была вдохновить. Но вызывала лишь горькую усмешку. Лианора Коветанская не была сорокапятилетней женщиной из другого мира, насильно втиснутой в тело юной наследницы. У нее не было за плечами болезненного развода и понимания того, как несправедлив и опасен мир.

— Прекрасная сказка, — произнесла я, глядя в потухший камин. — Жаль, в жизни все обычно заканчивается не так романтично. Чаще — кинжалом в спину от руки самого завоевателя или ядом в бокале от его фаворитки.

Изабелла ничего не ответила. Ее молчание свидетельствовало красноречивее любых слов. Риск был частью игры. Высокая ставка — частью долга.

Выйдя из библиотеки, я не пошла в свою комнату. Мне нужен был воздух и хотя бы мнимое одиночество. Сад встретил прохладой и влажным запахом опавшей листвы. Дорожки, посыпанные гравием, громко хрустели под ногами, нарушая вечернюю тишину.

Мысли путались, натыкаясь на глухую стену нежелания принимать эту новую реальность. Снова брак. После всего, что было пережито с Сергеем, сама мысль о том, чтобы снова связать себя этими узами, вызывала отторжение. Тем более с человеком, который олицетворял собой все самое жестокое и беспринципное в этом мире. Да, Соколов был эгоистичным и холодным, но он не был тираном, чьи приказы отправляли людей на смерть.

Рука непроизвольно потянулась к воображаемой броши, которая осталась в том мире, на кухонном столе в убогой однушке. Зачем она привела меня сюда? Чтобы снова оказаться в ловушке? Сначала — ловушка несчастливого брака, потом — ловушка чужого тела, а теперь — ловушка политического альянса с диктатором. Ирония судьбы казалась слишком злой и изощренной.