Книга Бесстрашная Теодора, страница 80 – Ксения Зародова

— Но почему он так изменился где-то в промежутке между фабрикой и театром?

— Я задаю себе тот же вопрос.

— Может быть, он как раз тогда совершил какое-то преступление и опасался попасть в Дозор? — предположила я.

— Может быть, — в голосе Эдриана не было уверенности. — Но обычно в таком случае меняется поведение, а не сам человек. А здесь будто подменили саму личность.

Через два дня, в четверг, мой жених пришел домой, переполняемый эмоциями. Я чуть не выронила из рук тарелку, которую держала в руках, накрывая на стол к ужину, когда он сказал:

— Это не он, Теодора! — у Эдриана от волнения раздувались ноздри. — Абрахам Уайт — не Абрахам Уайт!

— О чем ты мне говоришь? — я смотрела в изумлении.

— Я еще раз вернулся в школу и на фабрику и попросил детально описать внешность Уайта. Так вот, тот человек, который работал на мебельной фабрике, был высоким, худым, темноволосым и сероглазым. Все соответствует характеристикам того, кого мы задержали, и данным, записанным в паспорте: рост шесть футов и три дюйма, вес сто шестьдесят фунтов, темно-каштановые волосы, серые глаза. Но есть деталь, которая меняет все: у старого Уайта было родимое пятно на шее.

— А у нового — нет?

— Верно.

— Он не мог удалить пятно?

— Это очень трудоемко, но возможно. В любом случае, я решил проверить, съездил за бывшим коллегой Уайта с мебельной фабрики и привез в Дозор, чтобы показать нашего задержанного. Мебельщик уверенно сказал, что человек у нас — не Уайт.

Я опустилась на стул:

— Значит, в какой-то момент парень, который сейчас представляется Уайтом, забрал чужой паспорт и надел чужую личину?

— Да. И поскольку новый Уайт был в прямом смысле слова другим человеком, он ушел с фабрики — ведь там легко заметили бы подмену.

— Кто же он на самом деле? И куда делся прошлый Уайт?

— Я все думаю о Ливингстоне и его словах. Возможно, стражник видел этого человека в отделении, но под другой фамилией или в другом образе, поэтому и не может вспомнить. Завтра я попробую поговорить с ним еще раз.

— Ты предполагаешь, — медленно спросила я, — что именно в отделении произошла подмена?

— Да. И меня очень интересует вопрос, почему в архиве Дозора нет упоминания ни о ком с фамилией Уайт.

— Информацию могли уничтожить? Документы и кристаллы записи?

— Да, — кивнул Эдриан. — Но если говорить о таком, то надо исключать Ливингстона. Ему было очень сложно это сделать.

— Сложно или невозможно?

— Сложно. К архиву имеют доступ только следователи и начальник отдела, у каждого есть свой ключ.

— Ключ могли украсть.

— Могли, но вероятность того, что это был Харрис или Бейли, выше. Я хочу попробовать поговорить с Ливингстоном о том, что узнал.

— Ливингстон мог соврать тебе, Эдриан. Вдруг он и есть организатор убийств? Вспомни: задержанный испугался, когда его увидел. Стражник может быть опасен.

— Вероятно и обратное: опасность грозит самому Ливингстону.

— Его могут попытаться устранить, как тебя?

— Угадала.

Эдриан слабо улыбнулся, а потом глубоко задумался, хмуря брови и барабаня пальцами по столу. Потом провел рукой по лицу, будто стряхивая сомнения.

— Вот что, — решительно произнес он. — Я думаю, что нельзя терять время. Я сейчас поеду к нему, я знаю, где он живет.

— Ты не можешь ехать один. Ливингстон такой же стихийник, как и ты. Ты не справишься с ним, если дойдет дело до столкновения.