Книга Бесстрашная Теодора, страница 76 – Ксения Зародова

В девятом часу, когда я уже с трудом скрывала от Генри волнение, вспоминая о нападении на мосту, неожиданно пришел Джеймс. Я не видела его почти две недели — ни разу после ссоры в памятную пятницу — и не очень понимала, как себя вести с ним. Я пока не могла простить его до конца, но благодарность давно перевесила обиду.

— Добрый вечер, мисс Теодора, — поздоровался он, снимая мокрую шляпу. — Меня отправил Эдриан, чтобы предупредить, что он будет поздно. Он понимал, что вы будете беспокоиться. Если вас не затруднит, оставьте, пожалуйста, Генри у себя на ночь.

— Что случилось?

Он посмотрел на Генри, потом на меня:

— Ничего не случилось, просто Эдриану срочно понадобилось разобраться с некоторыми делами.

Я его поняла:

— Хорошо, мистер Джеймс. Мне кажется, вы промокли и замерзли. Мой отец угостит вас ужином и напоит чаем. Я уложу Генри в своей спальне и выйду вас проводить.

Я перестелила для Генри свою постель, рассказала традиционную сказку и поцеловала в лоб мальчика. Джеймса с моим отцом я нашла на кухне. Они тихо беседовали.

— Вы расскажете мне новости, мистер Джеймс? — прохладно спросила я.

Он улыбнулся моему тону, но комментировать не стал.

— Нашли нашего театрала.

— Как? Кто это был? Он признался? — от волнения я засыпала его вопросами, забыв обо всех разногласиях.

— Что он сказал, знает только Эдриан, который его задержал. Сейчас мой брат проводит допрос в отделении.

— Как его задержали?

— Вы знали, что я и мои знакомые дежурили у театра?

Я кивнула.

— Сегодня туда прибыла большая группа людей: декоратор с рабочими. В выходные планируется премьера нового спектакля, и они прибыли, чтобы монтировать элементы оформления сцены. Там должна быть какая-то громадная конструкция вроде замка, для сборки которой нужна была уйма народа. Мой человек высмотрел среди рабочих целых двух людей, похожих на того, кого мы ищем: высоких худых мужчин. Он вызвал меня, и к тому моменту, когда все вышли из здания, мы с моим знакомым были готовы к слежке. Надо сказать, что ни один из рабочих не был точно похож на портрет того, кого мы искали, но на портреты нельзя полагаться абсолютно. Мы с приятелем разделились и тот мужчина, за которым отправился я, показался мне подозрительным.

— Почему?

— Он нервничал и оглядывался. Заметив меня, он сделал странный крюк, чтобы прийти туда, куда можно дойти прямо. Я довел его до убогого меблированного дома на окраине, где сдаются дешевые комнаты, и связался через зеркало с Эдрианом. Он приехал с отрядом стражи, и они пошли с обыском. Наш подозреваемый попытался бежать, чем только утвердил стражников в своей виновности. Эдриан увез его в отделение.

— Что с ним теперь будет?

Он пожал плечами:

— Допросят, покажут свидетелям. Я не знаю, какие методы у Дозора.

— Понятно, мистер Джеймс. Спасибо, что рассказали. Надеюсь, Эдриан чего-то добьется.

Джеймс сверкнул зубами:

— О, он постарается.

Я легла спать в гостиной и проворочалась полночи.

Эдриан пришел поздним утром, и на него было страшно смотреть: так он устал. Затолкав свое нетерпение подальше и не задав ни одного вопроса, я накормила его кашей, которую он проглотил за пару минут, и уложила спать в своей комнате, на кровати, на которой до этого спал Генри. «Разбуди меня после ланча обязательно, дорогая, мне надо обратно», — пробормотал он. Я немного посидела с ним, держа за руку, пока он не заснул, а потом строго-настрого запретила ребенку шуметь.