Книга Бесстрашная Теодора, страница 117 – Ксения Зародова

— Был сильно изумлен и задал много вопросов, ни на один из которых я не ответил внятно.

— И они не решили, ну, провести какое-то расследование, выяснить причину этого феномена?

— В госпитале заикнулись, что хотели бы оставить Генри для обследования, но я не позволил.

Я задумчиво покачала головой.

— Слушай, а как ты меня нашел?

Он рассмеялся:

— А вот это было нетрудно. Я же следователь, не забывай. А молодые женщины, путешествующие в одиночестве — это редкость. Правда, какое-то время мне понадобилось, чтобы в компании Джеймса обойти городские трущобы.

— Поэтому ты так задержался?

— Я задержался, потому что мне нужно было пройти подпитку. В конце сентября как раз должен был по плану состояться очередной визит в госпиталь. Если бы я пропустил дату, боюсь, пришлось бы ждать еще полгода, а я в последнее время едва держался на ногах. Когда ты исчезла, я бросил все силы, чтобы найти твои следы в городе, да и после вступления в должность в Дозоре было много дел.

— Дозор, Эдриан, — я опять вспомнила о важном. — Нам надо поговорить об этом. Мы с дедом узнали…

— Ты все еще не ответила, Теодора, — перебил меня он. — Я отказываюсь обсуждать что-то, пока ты не ответишь.

Я посмотрела ему в глаза.

— Я готова выйти за тебя замуж, Эдриан. Но готов ли ты будешь, если придется, ради меня поменять место жительства?

— Ради тебя я готов на все, — серьезно ответил он.

— Тогда — да, Эдриан. Я согласна. В конце концов, я тоже люблю тебя.

Его лицо озарилось таким светом, что мне стало больно смотреть. Он достал из кармана маленькую коробочку и протянул мне, открыв:

— В тот день, когда ты уехала, я собирался подарить тебе это. Я заказал его у ювелира сразу после помолвки, а потом все никак не мог найти время забрать заказ.

Я достала из коробочки тонкий золотой ободок, украшенный изумрудом, и увидела, что изнутри была выгравирована короткая надпись: «Я люблю тебя, дорогая».

Дождь усилился, и вода побежала по моему лицу, мешаясь со слезами.

Эдриан забрал кольцо у меня из рук и надел на безымянный палец, компенсируя холод металла теплом своей руки. Потом взмахнул рукой, и над нами образовался воздушный купол, по которому, как по зонту, капли скапливались на землю.

— Давай поженимся сразу, как вернемся, Теодора, в узком семейном кругу. Я не готов ждать еще два месяца.

— А как же приличия?

— К черту приличия.

Он притянул меня к себе и, наконец, поцеловал по-настоящему.

Очнулись мы только тогда, когда поняли, что Эдриан потерял концентрацию, купол над нами пропал, и под проливным дождем мы стоим насквозь мокрые. Нам было жарко, и мы не заметили этого. Когда ты счастлив, некоторые вещи перестают иметь значение. Мы с Эдрианом посмотрели друг на друга и одновременно рассмеялись.

— Ты знаешь, дорогая, а этот ваш Гар совсем не плох.

Взявшись за руки, мы кинулись вверх по тропинке.

Дед встретил нас на пороге, с усмешкой в глазах оглядев с ног до головы. От него не укрылись ни на наши переплетенные пальцы, ни кольцо с изумрудом.

— Мне кажется, вам нужно познакомиться еще раз, — сказала я деду и показала глазами на Эдриана. — Это Эдриан Брикман, мой жених.

Потом я посмотрела на Эдриана:

— А это граф Руперт Босуорт, мой дед по матери.

Эдриан покосился на меня, но ничего не сказал.

— Я вижу, что переговоры прошли успешно, — сказал дед, протягивая Эдриану руку для приветствия. — Мистер Брикман, я бы посоветовал вам переодеться. Если вы не брезгливы, я одолжу вам свою одежду. Вы, стихийники, так легко простужаетесь. Я бы не хотел, чтобы моя внучка тратила силы на ваше лечение. Она еще не до конца восстановила резерв, потраченный на помощь вашему сыну.