Книга Путь наложницы: перезагрузка, страница 15 – Екатерина Вострова, Татьяна Новикова

Я поежилась.

— Матери своей она практически не помнила и не могла знать всей правды о своем происхождении, — продолжал принц. — Отца у неё не было. Тетушка Мей взяла её на воспитание из благих побуждений, считая круглой сиротой. В этом нет никакого мошенничества. Разумеется, тетушка не подозревала, что у Су Лань есть родной отец. Теперь же, когда он отыскал свою плоть и кровь, Мей Фэнь может быть спокойна за свою воспитанницу.

Да-да, ещё как спокойна. Наверное, тетушка Мей выдохнула, поняв, что избавилась от меня.

Жэнь Хэ сделал паузу, давая сказанному осесть в сознании гостей, а затем добавил:

— Потому со своей стороны и от лица своей тетушки я подтверждаю: Су Лань — законная дочь господина Су. Пусть боги засвидетельствуют мои слова.

Со всех сторон начали доноситься первые шепотки. Стоило принцу опуститься обратно за стол, как слово взял Линь Янь.

— Министерство наказаний тоже не осталось в стороне, — произнёс он, и в его голосе проскользнула холодная нотка. — Мы проверили личность этой девушки, как только нам стало известно о её появлении в доме господина Су. У неё была тяжелая судьба, но теперь Су Лань обрела отца. Я также подтверждаю, что она — законная дочь господина Су Мина.

Мои ногти впились в ладони.

Линь Янь замолчал, но его взгляд скользнул по залу, бросая немой вызов каждому, кто осмелится возразить. Затем он повернулся к Су Мину.

— Позвольте спросить, господин Су. Планируете ли вы выдать замуж вашу прекрасную дочь?

ЧТО?!

В зале стало тише, чем в могиле. Я почувствовала, как щёки заливает жар. Изо рта едва не вырвался нервный смешок.

Мне был приятен интерес Линь Яня. С одной стороны. А с другой — опять начались разговоры о брачных союзах, как будто я не человек, а товар на рынке.

— Вы торопитесь, глава Линь, — вмешался Жэнь Хэ, в его голосе звучала насмешка. — Господин Су только обрёл дочь, а вы уже хотите присвоить её себе? Дайте хотя бы чернилам на документах о родстве высохнуть.

Су Мин расхохотался. Его смех был громким. Старик явно наслаждался своим триумфом. Ещё бы, только обрел дочь, а к ней уже сватаются.

— Его Высочество прав! — воскликнул он, поднимая чашу. — Брак как вино: его нельзя разливать торопливо, впопыхах. Кроме того, в вопросах женитьбы последнее слово всегда будет оставаться за моей дочерью.

По залу прокатился ропот. Гости зашептались.

— Последнее слово за ней?!

— Да он сошёл с ума!

— Она же женщина! Кто даст ей право выбора?!

Я увидела, как одна дама прикрывает рот веером. Другой старик, чьи брови срослись на переносице, что-то осуждающе шептал на ухо соседу, качая головой.

Кажется, Су Мин, сам того не зная, устроил небольшую революцию во имя феминизма.

Открыто больше никто не посмел возражать. У меня хватало защитников.

Если честно, мне вообще было не до брака. Особенно — с этими интриганами. Хватит. Из-за них я уже оказалась на самом дне. Если бы не моё умение вылезать из самой дремучей задницы, я бы сейчас куковала в гареме. А эти… только и умеют, что грозные взгляды друг в друга метать.

Мои проклятия в адрес двух конкретных фаворитов прервал голос Су Мина:

— Что ж, так поздравьте же меня! В мое сердце и в мой дом пришло долгожданное тепло!

Гости, как по команде, подняли чаши. Улыбки были кривоватыми, но поздравления звучали вполне льстивые.