Книга Утро и одна ночь с моим боссом, страница 20 – Екатерина Вострова

— Я лежу с поднятой загипсованной ногой, Дима. Врач велел. Дышу — как дышится.

— А-а-а, — с облегчением протянул Дмитрий Фёдорович. — Ну слава богу. А Екатерина Викторовна? Она там? Машину не разбила?

Максим на секунду оторвался от моей шеи, и я увидела в его взгляде такой откровенный хулиганский смех, что мне захотелось одновременно его ударить и поцеловать.

— Екатерина Викторовна, — произнёс он с абсолютно серьёзным лицом, — ведёт себя безупречно.

И, не дожидаясь реакции Димы, снова наклонился к моей шее.

— Макс…

— М-м?

— У тебя точно всё в порядке?

— У меня всё, — Максим сделал едва заметную паузу, за время которой его губы успели совершить ещё одно крайне несвоевременное путешествие по моей шее, — в полном порядке, Дима. Слушай, Дим, — Максим вдруг заговорил совсем другим тоном, — ты же на базе ещё?

— Да.

— Хорошо. У меня к тебе дело. — Максим помолчал секунду, и я кожей почувствовала, как он подбирает слова. — Выясни, кто вчера ночью заходил в номер Екатерины Викторовны.

Я вскинула голову, и по его лицу я впервые за весь день увидела, что никакого «спокойного и невозмутимого Громова» сейчас рядом со мной нет. Есть очень злой мужчина, который пытается это скрыть.

— Макс… — растерялся Дима, — ну это ж первоапрельская шутка была, чего ты…

— Мне плевать, шутка это или что. Кто-то ночью вошёл в комнату к женщине, пока она спала. Я хочу знать кто.

— Понял, — уже совсем по-другому ответил Дима.

— Опроси администратора, посмотри камеры на въезде и в холле, выясни, кто во сколько возвращался к себе.

— Макс, слушай… а ты уверен, что стоит? Ну, то есть… если начать копать, это ж скандал будет на весь офис.

— Будет, — согласился Максим.

— И тебе…

— И мне плевать, Дима.

Потом Максим коротко бросил «держи меня в курсе» и, не дожидаясь ответа, сбросил вызов. Телефон глухо шлёпнулся на диван рядом с нами.

— Максим, — торопливо начала я, пока он снова не наклонился ко мне, — не надо. Пожалуйста. Не копай это.

— Почему? — строго спросил он.

— Потому что… — я запнулась. — Потому что там была еще записка, Максим. И если её найдут, то её прочитают, будут пересказывать друг другу, смотреть на меня, смеяться и вспоминать, что там было написано.

— Что там было написано, Катя?

Я замотала головой, и несколько только что распутанных прядей снова упали мне на лицо.

— Не важно.

— Важно.

— Максим, — почти взмолилась я, — это глупая обидная чушь про… про меня. Про то, как я выгляжу. Про то, что мне никто… — Я осеклась и уставилась ему куда-то в воротник. — В общем, ничего интересного. Просто мерзко.

Несколько секунд он молчал. А потом его пальцы медленно скользнули мне под подбородок и подняли моё лицо так, что я больше не могла спрятать глаза.

— Я хочу, чтобы ты очень хорошо поняла одну вещь. Мне плевать, что там написано. Мне не плевать только на одно: что какой-то человек, — он чуть сильнее сжал пальцами мой подбородок, будто боялся, что я сейчас отвернусь, — какой-то человек вчера ночью открыл дверь в твою комнату, пока ты спала, и что-то там делал, стоял над тобой, смотрел на тебя. Ты понимаешь, о чём я сейчас говорю?

У меня пересохло во рту. Я чуть шевельнула подбородком в его ладони, но этого хватило.

— И ты думаешь, я смогу просто забыть? — продолжил он тем же ровным негромким голосом, от которого мне делалось одновременно страшно и почему-то очень-очень тепло. — На следующей неделе я приду в офис, буду подписывать бумаги, здороваться со всеми по очереди. Как мне не думать, что один из этих людей — тот самый? Катя. Я с утра думаю только об этом. С той самой минуты, как ты сказала, что его тебе подкинули ночью, и я понял, что кто-то был у тебя в комнате, пока ты спала!