Книга Офицер Моего Сердца, страница 26 – Ольга Дашкова

Я смотрела на него.

Дождь за окном медленно, постепенно стихал. Возвращались деревья, дорога, мокрый асфальт, обычный мир который никуда не делся пока нас в нем не было. Мы не сказали ни слова. Завела машину, включила дворники, подождала пока видимость вернется, выехала на трассу.

Он смотрел вперед. Я смотрела на дорогу.

Между нами снова молчание — но уже другое. Не то в котором прячутся, а то в котором остаются после чего-то важного и не торопятся его нарушать, потому что любое слово сейчас было бы меньше того что только что произошло.

Его рука лежала на подлокотнике в нескольких сантиметрах от моей руки на рычаге передач.

Несколько сантиметров. Я не сокращала расстояние. Он тоже.

Но я чувствовала эти сантиметры всю оставшуюся дорогу, каждый из них, все до одного. Чувствовала и думала: все. Теперь — все. Назад дороги нет, и я не знаю куда есть дорога вперед, и мне впервые за очень долгое время не страшно этого не знать.

Просто — еду.

И он — рядом.

Врач вышел через сорок минут.

Все это время я сидела на пластиковом стуле в коридоре и смотрела в стену напротив, бежевую, с информационным стендом про диспансеризацию. Артем сидел рядом. Не близко, одно сиденье между нами, стандартное больничное расстояние между малознакомыми людьми.

Хотя мы давно не малознакомые. Просто между нами всегда было это расстояние: в одно сиденье, в один шаг, в одну секунду, которую кто-то из нас не делал.

Сегодня в машине под дождем шаг сделал он.

Я не думала об этом пока ждала. Запрещала себе, здесь не место, сейчас не время, сначала врач. Думала о враче, о том что надо слушать внимательно и запоминать, потому что Артем будет кивать с видом человека который слышит команду и не собирается ее выполнять, это я уже знала.

Врач говорил про нерв, про воспаление, про то что нагрузка была избыточной и режим не соблюдался. Смотрел при этом на Артема с тем выражением с которым смотрят на пациентов которые сами себе враги. Артем кивал, именно так, как я и думала.

— Можно уточнить. Какой режим оптимален на следующие три недели? И какие симптомы должны стать поводом для внепланового визита?

Врач посмотрел на меня. Потом на Артема. Потом снова на меня, но уже с легким удивлением человека который привык что родственники либо молчат либо паникуют.

— Жена? — спросил он.

Пауза.

— Юрист, — сказала.

Артем смотрел в стену. Врач подробно, по пунктам объяснил, я запомнила все. Это мое профессиональное, запоминать информацию с первого раза.

На обратном пути мы снова молчали. Другим молчанием, не тем тяжелым которое было до больницы. Это было молчание после чего-то, в котором можно дышать.

За окном блестел мокрый асфальт, дождь закончился пока мы сидели в коридоре, вышли уже в сухое утро. Я думала о его руке на моей щеке и тут же запрещала себе об этом думать, но думала.

У ворот дачи он вышел медленно, с опорой на трость. Я ждала, он закрыл дверцу, стоял секунду.

— Артем.

Он обернулся.

— Три раза в день. Противовоспалительное — после еды, не на голодный желудок. И никаких упражнений во дворе без разминки. Врач сказал — без разминки нельзя.

— Ты все записала.

— Я юрист. Я запоминаю.

Пауза, что-то прошло по его лицу, не улыбка, но что-то рядом с улыбкой, что у него бывает редко и от чего у меня каждый раз что-то происходит с дыханием.