Книга Болотное предание, страница 5 – Ольга Лопатина

Постоянно перебивались с репы на капусту. Жито у них плохо родилось, в охоте и рыбной ловле отец Величаны не знал настоящей удачи. Руки его не отличались меткостью, а глаз зоркостью. Щедростью глава семьи тоже не отличался. Самые гнилые припасы приносил в требы Водяному и Лешему. Почитал духов дурнями, коих обмануть не стыдно. Однако сам же и оказывался в убытке. Хлеб из травяной муки, ягоды, грибы, капуста, репа да молоко — вот и всё, что было на столе. А как единственная корова околела от бескормицы, так и вообще жить стало голодно. У соседей старались не занимать, потому как даже бедняк не стремится в кабалу угодить. Иным милее сытая неволя, а некоторые цепляются за полуголодную волюшку, потому как не приучены жить по-другому. Порой лесной кабан позавидует сытой жизни деревенского борова, но ни за что не поменяется с ним местами. Лучше самому добывать пропитание, чем пойти добровольно под нож. Не быть лесному волку сторожевым псом, а пугливый заяц никогда не станет ласковым, как кошка.

Для родителей Святогнева гибель ребёнка была неизбывным горем, а для семьи Величаны — избавлением от нелюбимой и нежеланной обузы. А уж когда отец, с трудом сговоривший старшую дочь за соседского пахаря, прознал про приплод негаданный, то стал похож на Перуна, готового поразить ослушницу молнией. Всем известна легенда про то, как Перун покарал женщину, которая кощунственно подтёрла золотыми колосьями своего малыша. Хлеб — это милость богов и нельзя бездумно использовать её. Перун лишил неразумную мать урожая, а отец указал дочери на дверь. Мол, с кем миловалась, пусть тот кормит тебя и ребёнка твоего приблудного.

Нечего было делать Величане. Пошла она в соседнюю весь, где жила мордва, да отыскала избу своего случайного полюбовника. Тот не был рад нежданному известию, но от полюбовницы и грядущего дитяти не отказался. Может, и опасался Кирдяй, что если прогонит девицу, то она бросится в озеро или в Итиль, али удавится и будет преследовать виновника своего лиха, пока не утащит того за кромку. Наскоро провели свадебный обряд, так и вошла Величана хозяйкой в избу Кирдяя.

Браки между славянами и финно-уграми были нередким явлением. Не сильно отличались их уклад и нравы от славян. Весь, в которой теперь жила Величана, называлась Локсти. На мордовском наречии так звалась птица лебедь, к которой это племя относилось с особым уважением. Избы мокшане ставили на берегу водоёмов, где порой селились лебеди. Изба Кирдяя стояла рядом с крошечным прудом, который, словно в насмешку, назывался Козя, что означает богатый. Жил Кирдяй намного зажиточнее, чем отец Величаны, однако до богатства ему было так далеко, как неказистой Величане до Лебединой девы. В другое время статный красавец Кирдяй и не посмотрел бы в сторону бедной и невзрачной девицы. Но несколько выпитых чаш крепкого коварного мёда и всеобщее веселье разгорячили кровь молодца и задурили его голову.

Локстянки же баяли, что дело не обошлось без ворожбы. У отца Величаны рождались до поры до времени одни дочери. Пусть и бедна была семья, а разгневался глава семьи на жену. Рожает одних девок, а наследника и помощника подарить ему не может. Кто будет на зверя ходить? Кто жито посадит? Девки только репу могут сажать да за скотиной ходить.