Книга Столетний, страница 77 – Даша Бунтина

Глаза Главного Следователя Долины едва не вывалились из орбит, он орал, топал, а потом схватился за сердце и сказал, что уходит на покой. Главе Дома Следствия Тидов было жаль старика, и он извинился. Но пост освободился, и среди Глав было проведено голосование. На сторону Дэниела встали все, кроме провинции Эндов, где никогда не голосовали ни за одну нижестоящую провинцию. И Тидов, которые ненавидели положение Эндов, но поступали так же.

Дэниел помнил день, когда паланкин опустился и он увидел ступени, ведущие наверх к Дому Совершенства. Дэниелу тогда было двадцать четыре. Самый молодой Главный Следователь за всю историю. Он ждал этого дня семнадцать лет. Когда перед ним предстал Столетний, а по левую руку Оракул, Дэниел едва смог не кинуться к ее ногам. Через разрез в ткани на него взирали потухшие глаза.

— Вы ведь из той же провинции, что и Оракул?

— Да, мой повелитель!

— Что ж, тогда вам будет проще понять, как вести себя со мной. Дороти вам объяснит.

«Дороти» – у Дэниела сжалось сердце, когда он услышал это из уст старика. По всем правилам Оракул не приносила свое имя. Когда Столетний покинул зал, он остановился напротив Оракула и провел ладонью по ее скрытому лицу.

Дэниел все понял. Столетний сделал это намеренно. Он провел черту, объясняя, кому принадлежит эта женщина. И Дэниел был уверен, что Дороти стала женщиной с ним.

Он увидел сущность Столетнего в первую же встречу и понял, что следует быть осторожным.

С Дороти они никогда не оставались наедине. Рядом всегда сновал весельчак Альбард, рассказывал шутки, устраивал представления. Альбард служил во дворце по праву профессии и считался слугой Столетнего. Но даже Дэниел видел его расположение к Дороти.

Они вышли в сад, Альбард шел впереди. Дороти украдкой посмотрела на Дэниела, и ему нестерпимо захотелось коснуться ее руки, успокоить, сказать, что все будет хорошо.

— А есть у вас здесь друзья? Помимо Альбарда, конечно? – спросил осторожно Главный Следователь Долины и заметил, что Альбард повернулся к ним.

— У Оракула был наставник, так мы его звали, хотя по должности он значился другом. Лучшим, что мог быть.

— Да, – произнесла Дороти и вновь опустила взгляд.

Альбард считал не произнесенный вопрос на устах Дэниела и продолжил:

— Он умер. Два года назад. Так что теперь я единственный друг, если смею себя таковым считать, – произнес он и склонился.

— Ты таковым и являешься, Альбард, – произнесла Оракул, и Дэниелу показалось, что в голосе ее звучало истинное тепло.

— Как обстоят дела в Долине? – спросила она через некоторое время.

Вокруг витал аромат хризантем – символ власти и долголетия. Дэниел подумал, что, если бы эти хризантемы понимали, в чьем саду растут, они бы цвели вечно.

— В Долине все спокойно, разве что в провинции Тидов несколько не рады моему назначению.

Оракул вздохнула.

— Да, в провинции Тидов, – подтвердила она, и оба вспомнили слова, что произнесла в детстве Дороти. Дэниел долго гадал потом, наступит это время или нет. – Да, там.

Последние слова были ответом на вопрос Дэниела, а Альбард дернулся, и на его мягком лице промелькнуло замешательство. Он хотел спросить что-то, но лишь внимательно посмотрел на две фигуры, что стояли далеко друг от друга, однако по какой-то причине были так близки, что любому дураку становилось ясно, что их связывает нечто больше, чем родство провинции.