Книга Развод. Цена одного решения, страница 6 – Софа Ясенева

Я даже морщусь от самой себя. От этой циничной, холодной логики.

Вторая — что, поскольку шансы низкие, то, может, и вовсе скрыть факт подмены материала? Просто… ничего не говорить. Ждать. Делать вид, что всё как обычно.

Но если всё вскроется…

Меня лишат аккредитации.

И это будет не просто конец карьеры — это будет публичное падение. Скандал. Проверки. Суд.

От напряжения в висках начинает пульсировать боль. Она нарастает, будто кто-то изнутри медленно сжимает голову. Я провожу пальцами по вискам, пытаясь хоть как-то унять это ощущение, но легче не становится.

И в какой-то момент я понимаю, что стою на грани сразу двух катастроф, профессиональной и личной.

— Оль, принесёшь телефон?

Ещё как принесу, дорогой.

Я поднимаюсь со стула медленно, давая себе лишние секунды, чтобы не сорваться раньше времени. Телефон в руке кажется тяжелее, чем должен быть, будто это не просто кусок пластика, а что-то гораздо более весомое. Сжимаю его до хруста, чувствуя, как впиваются в ладонь острые грани чехла.

Иду к Астафьеву, каждый шаг отдаётся в теле напряжением.

Он с безмятежным видом печатает что-то на ноутбуке. Экран освещает его лицо холодным светом, и в этом свете он кажется мне каким-то чужим.

Поворачивает голову и протягивает руку, даже не вставая.

— Давай. Надо позвонить кое-кому.

Кому именно, интересно?

Подхожу ближе, чувствую знакомый запах его парфюма, смешанный с чем-то домашним, тёплым, и от этого внутри только сильнее скручивает. Уже было подаю телефон, почти касаюсь его пальцев… но в последний момент отдёргиваю руку резко.

— Ты чего? — Рома поворачивается ко мне, хмурясь, и в голосе сразу появляется раздражение.

— Спросить тебя хочу.

Он выдыхает.

— Ну спрашивай.

— Ты со мной честен?

Я смотрю прямо на него, не моргая, стараясь уловить хоть малейшее изменение в выражении лица.

— Естественно.

— Уверен?

Он откидывается на спинку стула, раздражённо цокает языком.

— Да. Что за дурацкие вопросы? Давай уже телефон, говорю же, позвонить надо.

— Дам, когда договорим.

Я чуть крепче сжимаю пальцы на корпусе.

Недовольно рыкнув, он поворачивается ко мне полностью, ставит ноутбук в сторону. Взгляд становится жёстче.

— Ты решила мне делать мозги? Оль, у тебя ПМС что ли?

Очень удобно свалить всё на ПМС. Списать любые эмоции, любые вопросы на гормоны, на “женские штучки”.

Внутри поднимается волна злости.

— Давай чай тебе сделаю и шоколадку принесу? — добавляет он уже с явной иронией, уголок губ дёргается в улыбке.

— Лучше скажи мне, честный мой, кто такая Настя Муравина?

На секунду в комнате становится тихо. Даже слишком.

Он смотрит на меня, и я ловлю этот короткий момент заминки.

— И ради этого ты меня чуть ли к стулу не привязала и пытать не начала?

Он пытается перевести всё в шутку, отмахнуться, как от глупости. Но напряжение уже повисло в воздухе, и я его чувствую кожей.

Заметно расслабившись, Рома делится информацией:

— Одноклассница моя бывшая. Одиннадцать лет от звонка до звонка за одной партой. Неплохая девочка.

Заметив мой уничтожающий взгляд, осекается, слегка приподнимает руки, будто сдаётся.

— Была, по крайней мере.

Я не отвожу взгляд ни на секунду.

— И как давно вы с ней виделись в последний раз?

Он отводит взгляд в сторону, как будто вспоминает, но мне кажется, просто тянет время.