Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2, страница 79 – Джин Соул

«Не узнаешь, пока не попробуешь», – гласило Лисье Дао.

— Я выносливее, чем кажусь, – проговорил Ху Фэйцинь. – Перед этим я наемся лисьих пилюль под завязку. Сюань-цзе, дюжины будет достаточно… тех пилюль, что я принимал, пока червь не замер…

— У меня уйдёт два дня, чтобы их приготовить, – сказала Ху Сюань, подумав. – Думаю, тебе стоит потратить их на медитацию, А-Фэй. Я ничего не знаю о небесных техниках, но любое выведение ядов требует от лекаря полного духовного равновесия и концентрации. Лисье пламя должно гореть ровно.

Ху Фэйцинь кивнул:

— В «Трактате о ядах» было написано то же самое. Я проведу эти два дня в медитации. Если удастся, – добавил он, подумав о бесцеремонном Ху Вэе. Тот наверняка уже носится по поместью и ищет его, если проснулся.

— Скажи ему, – подумав, предложила Ху Сюань, догадавшись, что Ху Фэйцинь имеет в виду, – что медитация нужна, чтобы вывести червя из раны.

Ху Фэйцинь кивнул:

— Тогда он оставит меня в покое, и через два дня я смогу выполнить задуманное.

— Что с тобой не так, лисий ты сын! – опять не сдержался Ху Цзин.

Ху Фэйцинь приподнял брови.

— Небожитель, который рискует жизнью ради демонов. Небесный император на собственных волосах удавится, если узнает об этом! – воскликнул Ху Цзин.

Ху Фэйцинь с сомнением покачал головой.

Не успел Ху Фэйцинь припрятать снотворную пилюлю, в зал влетел Ху Вэй. Вид у него был встрёпанный.

— Фэйцинь! – воскликнул он. – Что ты здесь делаешь?

Ху Фэйцинь взял со стола чашку и показал ему:

— Пью чай с твоей семьёй.

Ху Вэй подошёл к столу, споткнулся, заметив, что отец слинял, но расспрашивать не стал. Его интересовал исключительно Ху Фэйцинь.

— И почему ты меня не разбудил, если уж выяснилось, что можешь вставать? – недовольно спросил он, ткнув Ху Фэйциня кулаком в плечо. – Опасно бродить одному по лисьему поместью!

— Это ещё почему? – сурово спросил Ху Цзин.

— Потому что он Лисий бог, а все лисы на него слюной заливаются, – сердито сказал Ху Вэй.

Ху Фэйцинь благополучно пропустил мимо ушей столь важное замечание и сказал, что приступит к медитации немедленно.

Ху Вэй сощурился:

— Какой ещё медитации?

Ху Сюань обстоятельно расписала, что и как нужно делать, чтобы вывести червя из тела. Ни один мускул на её лице не дрогнул.

«Всё-таки, – подумалось Ху Фэйциню, – лисы отличные притворщики».

Сам он лишь энергично кивал на каждое слово лисьего знахаря.

Ху Вэй поначалу выглядел озадаченным:

— Разве червя попросту не вытаскивают из заросшей раны?

— А-Фэй ведь Лисий бог, – возразила Ху Сюань, и это решило дело.

Ху Вэй тут же кивнул, и Ху Фэйцинь, к своему удивлению, провёл два дня, блаженствуя в тишине и покое: Ху Вэй его не донимал, ходил только вокруг на цыпочках, чтобы проверить, не слишком ли глубоко погрузился в медитацию Ху Фэйцинь, и добавлял благовоний в курильницу, когда те выгорали. Если бы всегда было так…

На третий день Ху Фэйциню пришлось схитрить, чтобы обмануть Ху Вэя. Он понимал, что тот потребует показать, что стало с червем, поэтому, как только открыл глаза, возвращаясь в реальность, тут же сказал, что жутко голоден, и попросил Ху Вэя принести ему что-нибудь поесть, желательно – миску жареных куриных потрохов. Ху Вэй кивнул и помчался выполнять его просьбу, а Ху Фэйцинь поспешно распоясал одеяние и принялся вытягивать червя из своего тела.